— Всё-таки охмурила. И я сам, того не замечая, выкинул пистолеты. Бабы могут так воздействовать на мужчин, что ах!
— Давай без шовинизма, тут его и так достаточно.
Я прицелилась.
— Даже не пробуй подходить, даже не пробуй извиняться. Пощады не жди.
В комнату зашли те, кого я точно не ожидала увидеть.
Греховод, Банкир, с ними неизвестная мне девушка.
— Ничего себе! Как вас сюда занесло? Вы подмога, которую прислали рефы по моему сигналу?
— Нет, мы как-то сами, — сказал Греховод, —не смей его убивать.
— Ты не понимаешь, во что ввязываешься, мальчик. Даже не лезь.
— Я как раз понимаю. По пути сюда я убил, предположительно, всех агентов консерваторов на станции. Половина из них перед смертью рассказывали мне о том, как велик и важен Полночная звезда Кареб. Но я пришёл сюда ради того, чтобы спасти тебя, Кассандра. Чтобы ты, наконец, рассказала мне всю правду, и я не мучился оттого, что мне доступны только разрозненные частицы истины.
— Ты всерьёз полагаешь, что можешь не позволить мне убить мне его и поставить точку?
— Кассандра, ты должна понять. Я убил слишком много для человека. Для любого человека даже одно убийство — много. Мы не вправе нарушать Божье веление. И сейчас, хотя себя удержать я не мог, ибо слаб, тебя остановить мне под силу. Я — раскаялся. Не доводи до непоправимого. Не убивай.
— Ты понимаешь, что с его способностями, физическими возможностями и садистскими наклонностями он с лёгкостью отсюда выберется. Затем устроит геноцид реформаторов. Ты готов взять на себя ещё один грех, Греховод?
— Не устроит. Мы посадим его в клетку. Ты думаешь, почему мы так спокойно говорим? Он, скорее всего, взял под контроль мою бывшую, а может быть, будущую девушку — Марину. Но нами с Банкиром манипулировать ему не удастся.
— Кто вы такие? Это из-за медузы? — вторгся в разговор Кареб.
— Долго объяснять. Скажем так, чайку попили. Ты останешься здесь, живым. Начнёшь исправляться.
Я сказала:
— Кто будет над ним надзирать? Он же лидер консерваторов, с его психологической мощью Кареб заставит любого надсмотрщика освободить его.
— Любого, кроме нас с Греховодом, — спокойно ответил Банкир. — Готов быть его надсмотрщиком, приносить воду, еду. Я искал место, где будут другие люди, где буду полезен, где смогу понять, что к чему. Станция меня устраивает. Оставшиеся в живых члены экспедиции останутся здесь, со мной. Назначь меня главой центра. Ты же можешь, Кассандра. Я построю здесь свою ячейку реформаторов. Мало знаю о ваших движениях, но расклад сил примерно понятен. Ты согласна?
— А если нет, то что? — злобно сказала я.