Он взял меня на руки и занёс в какую-то комнату, после чего бросил на пол. Мразота.
— Кэсси, я так скучал по тебе. Честно. Вовремя Ринда рассказала, что ты тут бродишь.
Он расхаживал, чувствуя себя повелителем жизни.
— Мне очень тебя не хватало. Я иногда смотрю в зеркало и думаю: я старею, а у нас с тобой могли бы быть уже дети.
— Наши отношения были ошибкой.
— Нет, почему? Мы любили друг друга. Я вот до сих пор тебя люблю, а то, что вынужден убить, то разница в идеологиях. Понимаешь, Кассандра?
Кареб пнул меня, слабее, чем в предыдущий раз, но встать мне не позволил.
— Ты, моя страсть, не оправдала ожиданий. Склонилась не в ту сторону. Мне очень не нравится, когда со мной не согласны.
— Я никогда не была покорной, ты же знаешь.
— Знаю. Но думал, что мне удастся тебя покорить, извини за тавтологию.
— К чему этот разговор? Жить тебе осталось несколько минут.
Я сплюнула кровью на пол станции.
— Мне? Ты всё такая же самоуверенная. Не зря моё сердце ёкает каждый раз, когда я думаю о тебе. А думаю я о тебе часто. Тебе ещё оплачивать услуги кардиолога.
Я лихорадочно соображала. Да, у меня есть пистолет. Ну у Кареба в руках их два. Он с лёгкостью меня застрелит. С другой стороны, можно попытаться повлиять на него моими силами. У него ведь почти такие же. Посмотрим, кто кого. Последний поединок бывших, а может, и нынешних возлюбленных.
Я подняла глаза.
— Что, Кареб, как тебе?
— О-о-о, решила воздействовать? Кишка тонка, меня медуза закалила, но даже ей её не удалось вторгнуться в моё личное пространство.
Вокруг сгустились тени, которые резко воплотились в пять человеческих силуэтов.
Кареб, похоже, удивился и перестал сопротивляться моей ментальной атаке, чем я тут же воспользовалась. Он схватился за виски, попытавшись отмахнуться от меня, как от назойливой мухи.
Он смотрел на почти незнакомые для меня фигуры. В одной из них я узнала Жима.
— Ты заигралась, кранчиа. Я сюда тебя привёл, обеспечил кормовой базой. Я один из тех, кому ты вообще обязана существованием, — цедил Кареб, пытаясь параллельно отбиваться от моих воздействий.
Какой-то мужчина, которого играла медуза, сказал:
— Зря считаешь, что настолько важен. Ты, по сути, ничтожество. Ты слаб. Мы знаем, нам есть с кем сравнить. Даже она сильнее тебя.
— Прикрылась чужими именами, личинами. Я понял. Раз со мной говорит Витёк, значит, настоящий Витёк мёртв.
— Да, — сказал мужчина.
— И ты, Пакито, умер?
— Он тоже, — ответил тот, к кому обратился Кареб.
— А ты кто?
— Проекция. Мне показалось милым вычленить сексуальную фантазию из недр головы Жима и воплотиться в неё. Скрашивает ситуацию, — довольно захихикала девушка.