– А кто спрашивает? Впрочем, кажется, я вас знаю, ваша милость. – Старик прищурившись взглянул на д’Оффуа. Вы учились здесь года три назад.
– Четыре, – уточнил шевалье. – Но ты не ответил его светлости.
– Ну да, ну да, господа, простите дурня старого. Только кто там похоронен, боюсь, никому не известно. Это прежний ректор академии придумал. Говорил, что врагов надо уважать. А чего их уважать, дохлых-то? Им, покойникам, это без надобности. Ой, простите, молодой господин, заговариваюсь я. Так это он и приказал тут все организовать. С тех пор и пост установили, и обелиск поставили. «Неизвестному врагу» называется, во как. Что? Ой, спасибо, молодой господин! – И, ловко поймав брошенный экю, сторож вновь развалился на лавке поудобнее и заснул.
Ему не было никакого дела до этих странных господ, что интересуются неизвестно чьей могилой. У них свои дела, у него свои. Вон вчера старая карга Рози померла, через час привезут. Вот это – дело. А эти благородные… сами не знают, чего хотят.
Шарль Сезар с обнаженной головой долго стоял у обелиска. Потом подошел к лошади и легко, не касаясь стремян, взлетел в седло.
– Знаешь, Жан, наверное, все было правильно. Как ты говорил: нам приходится выбирать грех и из худших решений? Кажется, я это понял только сейчас, когда дело закончено и корабли перестанут исчезать. Что дальше?
Де Камбре вздохнул с облегчением.
– Не совсем так. Корабли действительно перестанут исчезать. Но для нас ничего не закончено. Мы так и не знаем, почему на Вида напали сразу, как он появился в Кале. Так что работа продолжается.
– И все же, что дальше? – Юноша едва заметно играл поводьями, ожидая ответа.
– Для тебя? Все то же самое. Два дня назад Высокий суд Амьена снял обвинения с беглого преступника Поля Пифо. В Кале этому Пифо делать нечего – все-таки пусть оправданный, но преступник. А вот шевалье де Ренард тебя ждет. Так что езжай к нему, стисни зубы и продолжи изучение торгового дела. И не делай постную физиономию – чувствую, что скучать тебе придется недолго.
Затем мужчины немного отстали, и д’Оффуа негромко сказал приятелю:
– Он далеко пойдет. Думаю, мы еще не раз услышим имя виконта де Сен-Пуана.
– Ошибаешься. Во-первых, потому что о наших коллегах вообще редко говорят. А во-вторых, у его отца есть старший брат. Бездетный. Шарль Сезар недавно объявлен официальным наследником. Так что если мы о ком и услышим, это будет уже не виконт. Это будет граф Рошфор.
Немолодой скромный портовый служащий закончил свою работу. Аккуратно убрал в стол бумаги, окинул взглядом полутемный кабинет, дневной свет в который попадал через узкое зарешеченное окно, облегченно вздохнул, убедившись, что все в порядке, и не торопясь вышел. Запер обитую толстым железом дверь, проверил, что проделанное в ней маленькое окошко надежно заперто изнутри, и также не спеша пошел вон из здания администрации порта.