Правда, пропало несколько браконьеров, пожелавших поохотиться в тех краях. Вот пошли себе в горы да не вернулись. И правильно, нечего закон нарушать. Не иначе Спаситель их наказал.
А орудия все палили и палили. Грохотали боевые заклятья, что способны превратить в ад самый райский уголок на земле. Час, другой, потом раздались мушкетные залпы, потом отдельные выстрелы, и, наконец, все смолкло. Откуда-то из-за гор поднялся черный, отчетливо видный на фоне светлого голубого неба столб дыма.
Лишь на следующий день четверо мужчин, самых любопытных или самых глупых, отправились посмотреть на следы сражения. Конечно, сражения, чего ж еще?
Шли долго. На перевале нашли тела десятерых вооруженных людей. Убитых внезапно, никто из жертв даже не попытался схватиться за оружие. Потом, очевидно для верности, им перерезали горло. Именно так, как когда-то самого виконта де Сен-Пуана учили убивать бойцы разведки.
Потом, ближе к морю, на дороге нашлись еще убитые. Не солдаты. Мужчины, женщины. Еще ближе к поселку, раскинувшемуся на берегу моря, среди мертвых солдат, моряков, просто мужчин и женщин валялись трупы детей.
Да и поселка уже никакого не было. Заклятья и ядра почти вровень с землей сровняли дома, перемешав плоть и обломки, в щепки разбили не слишком серьезный, но вполне крепкий, из толстых бревен сделанный пирс.
Из моря торчали обгорелые мачты двенадцати кораблей. И ни одного живого. Лишь какая-то облезлая собака натужно скулила посреди мертвого поселка.
Молодой человек бродил между развалин домов, по некогда ухоженным улицам, изрытым рикошетами ядер, густо окрашенных пятнами засохшей, впитавшейся в землю крови. Не было ни мыслей, ни чувств. Словно это не он, виконт де Сен-Пуан, примеривший на себя личину Поля Пифо, а кто-то другой, равнодушный, безразличный ко всему – гари, изуродованным телам, еще сутки назад бывшим живыми людьми, да и к самой смерти, – бродил по побережью.
Вот взгляд упал на окровавленную и обугленную тряпку, посреди которой в солнечных лучах что-то сверкнуло. Подошел ближе, оторвал амулет. Тот самый, что сам активировал и своей рукой пристегнул к плащу смеющейся, счастливой девочки. Тот самый, что и привел сюда беспощадную эскадру.
Привычно размахнулся и забросил амулет в море.
И в этот момент его накрыло. Всё. Страх, боль, отвращение к самому себе. И ясное понимание – изменить ничего нельзя. С этой памятью уже не расстаться, с ней придется жить всегда.
Юноша упал на колени, схватился за голову и закричал. Громко, надрывно, безнадежно.
Пришедшие с ним мужчины понимающе переглянулись, пожали плечами и пошли заниматься реальным делом – грабежа в поселке не было. Неизвестные пришли только жечь и убивать. А значит, среди обломков можно найти что-то, что пригодится в хозяйстве.