— Илья, отправь-ка кого-нибудь из своих, чтобы спросили у пилота, куда он намеревается попасть, — приказал я. — А то мне такие маршруты не очень нравятся.
Илья кивнул и поманил пальцем одного из своих ребят. Отдав тому указание, отправил его к кабине.
Стоило охраннику подняться, как раздался негромкий хлопок.
Я не сразу понял, что произошло. Охранник повалился на пол, а затем брызнуло красным.
— Ваше Величество, на землю! — закричал Илья, попытавшись скинуть меня с сиденья и придавить меня к полу.
Но не тут-то было. Во мне была сила грузинского кузнеца, которого, как мне кажется, ничто живое не смогло бы так согнуть.
— Это что здесь происходит⁈ — рявкнул я, поднимаясь в полный рост.
Развернулся и увидел направленный на меня ствол пистолета. Держал его в руках бортпроводник. В то время как второй, бортпроводник, выстрелил в Илью, отчего тут опрокинулся назад.
— Ни с места, ваше императорское величество.
Неужели русский? Ни в жизнь не поверю. По-любому кого-то подослали. Но как чисто говорит-то, паскудник.
— Не на того нарвались, — рявкнул я, а затем вдруг с места прыгнул вперёд.
Раздался выстрел. Что-то дзинькнуло, ударившись в плечо, но я даже ничего не почувствовал. Сначала подумал на адреналин, а потом вспомнил о своей неуязвимости.
Ну, сейчас повоюем! Сейчас я вам покажу, как моих гвардейцев расстреливать.
Второй сотрудник охраны — единственный, кто уцелел, уже вскочил с места, пытаясь прикрыть меня грудью, но я лишь оттолкнул его, чтобы не высовывался. У него-то неуязвимости нет.
Рванулся вперёд, перехватил руку с пистолетом, направленным прямо в лицо.
Вот же идиоты, в самолёте стрелять!
Но ничего.
Рванул на себя и вырвал оружие из руки, похоже, сломав злоумышленнику палец, а то и всю кисть.
Тот вскрикнул, а я, молодецки размахнувшись, дал оплеуху. Кулаком бить побоялся, ведь надо будет его допросить, а с моей-то силищей я его с одного удара убью.
Террорист от моего удара пролетел через кресло и врезался головой в иллюминатор, заставив стекло потрескаться. Хорошо, хоть не выбил. Надо впредь соизмерять силу.
Второй бортпроводник сдаваться не собирался — направив на меня пистолет, целясь в живот. Выстрелить он не успел, потому что мой гвардеец, не усидев на месте, швырнул в злоумышленника тяжелой кружкой, в которой мне приносили чай. Молодец, что стрелять не стал. Табельное оружие у него было, но стрельба на борту самолёта — дело не самое верное.
— Так, — скомандовал я, — давай-ка крути его, а я пойду к пилоту, поинтересуюсь, что у нас здесь за пертурбации и что за развлекательная программа.