— Сюда кто-то ползет! — перекрикивая шум, проорал белобрысый. — Бежим!
Спорить я, понятно, не стал и следом за Кансом рванул к выходу с кладбища. Ведь что бы там ни ползло, встречаться с ним не возникало никакого желания. Впечатлений на сегодня уже было достаточно.
Пробежать получилось не больше двух сотен локтей, когда сильнейший подземный толчок опрокинул нас обоих на землю. За спиной раздался оглушительный грохот, затрещали ломаемые стропила…
Ощутимо приложившись коленом о землю, я мгновенно вскочил на ноги. Оглянулся и замер, пытаясь уложить увиденное в голове. Рядом потрясенно выругался белобрысый.
Святилище Отриса обрушилось. Все… целиком. Над развалинами поднялось целое облако пыли, из которого сейчас торчала морда исполинского костяного червя.
Не знаю, как еще такое назвать… Тело чудовища было никак не меньше полутора десятков локтей в диаметре. Серая костяная броня, каждая пластинка которой была размером с треугольный рыцарский щит. Голова походила на череп рогатой змеи. Глаза — темно-оранжевые, без зрачка. Зубы загнутые, клиновидные. В пасть легко заехала бы пара рыцарей вместе с заводными конями.
Пока я соображал, что за ерунда тут творится и откуда эта тварь сюда приползла, чудовище рывком выбросило свое тело локтей на тридцать вверх и, изогнувшись, обратило морду к земле. Широко распахнув пасть, червь конвульсивно задергался, словно пытался выблевать все, что сожрал за последние несколько дней. Окрестности огласил мерзкий утробный хрип, глаза твари полыхнули оранжевым и…
— Берегись! — рявкнул я и, потянувшись к эфиру, прикрыл нас с Кансом Щитом . Тем, которым останавливал заклинание демона.
Вовремя!
Из глотки червя на землю потоком хлынула оранжево-серая мерзость. Доломав остатки святилища, эта дрянь потекла в разные стороны, выворачивая надгробия и с треском заваливая деревья. В лицо пахнуло разрытой могилой и серой. Стало трудно дышать.
Щит выдержал… Три волны одна за другой бессильно накатились на выставленную защиту и побежали дальше, оставляя широкую просеку. Понимая, что опять пробежал по самому краю, я поморщился от отвратительной вони, огляделся и выругался.
Это было ужасно… Заклинание твари уничтожило все вокруг локтей на шестьсот, покрыв изуродованную землю серым налетом. При этом прокатившаяся по кладбищу мерзость вытащила часть покойников из могил. Они лежали кучами и поодиночке, с остатками плоти на костях, прикрытые обрывками истлевшей одежды. Все тела выглядели относительно целыми, и это было самым поганым. Считается, что разбросанные кости и куски трупов никогда не поднимутся. Однако, если костяк сохранился, он может стать нежитью, и это очень плохой расклад. Ведь даже один поднявшийся скелет способен натворить дел, а тут их несколько сотен.