— Знаете что? А я, пожалуй тоже согласен дать показания, — с улыбкой произнёс я и не забыл подхватить Палыча, который в этот момент попытался прошмыгнуть мимо. — И Шпала тоже не против, да?
— Да, — кивнул гигант, и перед глазами резко потемнело.
Что представлял собой отдел безопасности? А всё как в кино. Стеклянные перегородки, постоянно снующие туда-сюда люди, кто-то кричит, сидя за столом, и размахивает при этом руками…
Мимо меня протащили брыкающегося кардинала в странного вида кандалах, будто сотканных из энергии. Некие светящиеся кольца охватывали его запястья и щиколотки, не позволяя ему оказывать сопротивление. Казалось, чем больше он противится, тем сильнее связывают его эти путы. В один момент он даже попытался бежать, но тут же пропахал носом пол.
— Ох ты ж, ёшки-матрёшки! — подпрыгнул я от неожиданности, когда взглянул себе под ноги.
Пол подо мной оказался стеклянным. Как и на следующем, нижнем, этаже, и на следующем тоже. Посмотрев вверх, я снова удивился. Конечно, уже не так сильно. Однако… здание внушало уважение. Что вверх, что вниз оно уходило на многие этажи, создавая полное ощущение бесконечности. Но вот что странно: ни дверей, ни лестниц, ни лифтов сквозь всё это многообразие стекла не просматривалось. Словно их здесь и не планировали.
— Лютая хрень, — будто снял с языка мои мысли Шпала. — Я ещё с места не сдвинулся, а уже заблудился.
— Ничего, это дело привычки. — Справа от меня внезапно материализовался Крупский. — Я поначалу тоже с ума сходил, а сейчас ничего, нормально.
— Что это вообще такое? — спросил я, продолжая удивлённо рассматривать всё, что попадалось на глаза.
— Скажем так: это межпространственная оболочка, и чтобы её не нагружать, было принято решение выстроить отдел из стекла. Хотя… не совсем так. На самом деле из подобного материала состоят мировые мембраны, отделяющие их друг от друга. Если правильно подобрать звуковые колебания, то можно войти в резонанс с любим из миров. Таким образом…
— Стоп, стоп! — замахал руками я. — У меня сейчас от всего этого голова взорвётся. Где мы находимся и где наши друзья?
— Находимся? Хм-м… А вот это интересный вопрос. Получается — нигде.
— Да чтоб тебя!— выругался я. — Я не образно, а про конкретно.
— А…так это… в отделе безопасности.
— А друзья наши где?
— Скорее всего, уже дают показания. Секундочку.
Произнеся эту фразу, Крупский исчез. Мы со Шпалой переглянулись и одновременно пожали плечами. Ну а что тут скажешь? Такого дерьма никто из нас не ожидал. Хотя здесь ещё вопрос: где нам на самом деле было бы хуже? Там, в мире мусора и пустоши, на нас объявили натуральную охоту. Не забыли и цену за головы назначить. Здесь же — мы важные свидетели по делу. Да, по итогу нас обещали отпустить и даже дать выбор: обратно или в свой мир, из которого нас самым наглым образом выдернули.