Потому что опасное это дело, древние неушедшие за грань твари.
Я знаю.
Я тоже… столкнулась вот.
И Лютобор понял.
— Так что раскопки… дело такое… можно и откопать чего-нибудь этакого. Из прошлых времен. Поэтому любые мало-мальски серьезные раскопки требуют высочайшего дозволения. И согласований. И к группе приставляется наблюдатель от особого отдела.
— А у вас…
— Наш был стар и полагал, что ничего-то серьезного мы не откопаем. Если бы там курганы или место древних сражений, или погосты какие, или старое капище, хотя их вообще копать запрещено.
И правильно.
Всецело поддерживаю.
— А тут… вот… потом тоже разбирательство долго тянулось. Он обязан был фон замерять, колебания… да и я сам тоже… но я списывал все на мощный слой, культурный, высокую энергоемкость… тем более тварь эта пряталась. Они хорошо скрываться умеют.
Знаю.
Теперь на личном опыте.
— Вот по итогу мне орден и всучили. Заодно уж пришлось подписать кое-какие бумаги…
Я поглядела на княжича искоса.
— Особому отделу всякие люди нужны. Если… тебя это смущает.
— Нисколько.
Правду сказала. Хотя понимаю. К Особому отделу и отношение в обществе, мягко говоря, неоднозначное. Опасаются их, чего уж там говорить. Крепко опасаются.
И слухи…
Про исчезнувших в застенках граждан, которые однажды неосторожно высказались. Про эксперименты над людьми, надо полагать, теми, исчезнувшими и высказавшимися неосторожно. Про эксперименты не над людьми.
И в общем…
Неоднозначное.
Наши их тоже не любят. Честно говоря, даже сложно сказать, почему. Не по причине слухов, точно… не потому ли, что и внутренними расследованиями отдел порой занимается? А еще имеет обыкновение просто появляться и забирать дела, без особых объяснений?
— Дед посоветовал не распространяться в обществе… там не поймут. И брат сказал так же. Одно дело орден, это… достойно.
И можно записать в заслуги рода. А вот связаться себя со службой в столь специфической конторе.
— А другое дело…
— Именно. Тут, скажем так, память родовая сказывается. В свое время Особый отдел сделал многое для укрепления власти Императора. И сама понимаешь, далеко не все этому обрадовались…
Потому что, если где-то власти прибыло, то где-то её и убыло.
— Да и сейчас порой приходится заниматься делами, которые многие полагают… личными. Семейными даже.
Вроде тех книг в серебре? Даже думать не хочу, что станет с тем, кто эти книги взял да и отдал студентке Яне Ласточкиной для написания реферата.
— Поэтому я пойму, если вдруг ты сочтешь… что продолжать общение со мной… тебе теперь неприятно.
— С чего бы?
Княжич пожал плечами.