Одержимые отличались от одаренных так, как пилот вертолета отличается от пилота самолета. Даже далекие от авиации люди способны увидеть разницу между ними. Самолет хочет летать по своей природе, а их пилоты — олицетворение ясноглазых рыцарей неба.
Вертолет — конфликт сил и средств управления, лишь тонкая грань равновесия между которыми позволяет этой адской машине подниматься в воздух. Пилотирование вертолета — это доли секунды на реакцию, когда малейшая ошибка или промедление оборачивается неминуемой катастрофой. Упрощенно, полет на самолете — это как поездка на велосипеде. Полет на вертолете — удержание равновесия на стоящем велосипеде, держа при этом ноги на педалях. Это еще если без маневров.
Инициированные одержимые — как вертолетчики, которые отправились в свой первый и единственный полет длиною в жизнь. Мой начался еще до инициации, в тот самый момент, когда я смотрел в горящие глаза княгини. Тело, активизировавшее способности, теперь не принадлежало мне полностью — я ведь был одержимым.
Все способности темных искусств в первую очередь были направлены на то, чтобы уничтожить своего владельца. При этом в любой схватке даже самый способный одержимый сражался в первую очередь за контроль над своими способностями. Противник всегда был в приоритетах строчкой ниже.
Из всех близких к магии только одержимые занимались боевыми искусствами ради того, чтобы выжить. Для остальных умение владеть своим телом было статусной обязанностью — дуэли ведь никто не отменял.
Одержимых сторонились. Да и сами одержимые в большинстве — как я уже сам понял, не стремились к широкому кругу общения. В большинстве своем, но были и исключения — фон Колер показывал мне вечерами репортажи мировой светской хроники, и, как оказалось, при любом дворе было немало тех, кто смог укротить свою одержимость. Был, правда, один нюанс: те, кто полностью брал под контроль свои способности, останавливались в развитии. Становясь при этом еще и полностью предсказуемыми противниками, что, как известно, при должном уровне подготовки и планирования не оставляет шансов в поединке.
Понемногу узнавая подробности темных искусств от фон Колера, я понял, почему именно в России достигли таких успехов в их освоении. Постоянный внутренний конфликт, сама парадигма «придумать себе неприятности, чтобы их преодолеть» идеально вписывались как база для освоения темной стороны магии.
— Можешь лучше, — повторил между тем Мустафа. — Но результат радует, завтра попробуем без ускорителей.
Скрывая облегчение, я кивнул. И, взглядом попросив разрешения, доковылял до скамейки и грузно опустился на нее, с удовлетворением вытянув ноги.