Бой я выиграл. Не знаю, что сыграло решающую роль. То ли я так настроился, то ли девчонка всё же была не против мне проиграть, но результат был неожиданным. Конечно, она дралась до конца. Даже опрокинутая на маты, с заломленной рукой, придавленная моим весом, она продолжала с остервенением вырываться. С её губ рвался дикий, нечеловеческий рык. Свободной рукой валькирия скребла по матам, жуткие когти рвали безобидную сверхпрочную ткань, оставляя по себе лишь лоскуты, да бахрому. Если бы не запрет на когти, они сейчас точно так же рвали бы меня. Рука выкручивалась всё сильней, но девчонка словно этого и не ощущала.
— Не надо, глупая! Я не потребую ничего такого, от чего тебе придётся краснеть перед сёстрами! Доверься мне, — пришлось прошептать ей в самое ухо. Трижды, потому что первые два раза она ничего не воспринимала от боли. Только после этого Эйди сдалась.
Я подхватил хрипящую валькирию на руки, одновременно пытаясь поудобней уложить вывихнутую руку с почти порванными связками. Нас провожали странные взгляды членов стаи. Настороженные, недоверчивые, заинтересованные. Милена отправилась со мной.
— Если обидишь девочку, тебе не жить, — тихо сказала она, когда я сгрузил свою ношу на кушетку, вокруг которой уже начала образовываться белёсая дымка медикаментозного газа. Вскоре закрылся и купол капсулы.
— Не волнуйся, Ми, я всё понимаю. Она сдалась, только когда я обещал ей. Вот ведь упрямые девчонки! Чувствую, намучаюсь я с вами, если окажусь в стае.
— Ещё вопрос, кто с кем будет мучиться, — тихо ответила Старшая валькирия, прижимаясь к моему боку своим сильным тренированным телом.
— Только скажи, что не хочешь в стаю такого мечника.
— Не скажу. Потому что это будет неправдой. И ни одна из девчонок так не скажет. Но с Эйди будь максимально корректен. Она своего рода рудимент, пережиток старого, который иногда возникает в генетически идеальных республиканках. Она старается, но и сама понимает, что против природы не попрёшь. Ей тяжело. А тут ещё ты…
— Согласись, со мной ей было бы комфортно. Это могло бы быть… как у нас с Ри. Только на другой основе.
— Тут ты прав. Но у тебя уже есть Ри. А мужика мы ей найдём. Из внешников. Чтобы на руках носил и защищал, пусть она и не нуждается физически ни в чьей защите.
Разговор с Эйди, когда она проснулась, был коротким. Я подтвердил, что буду корректен, и мы будем в постели партнёрами. Она не возражала, только странно на меня смотрела. Изучающе так. И не факт, что изучала она при этом меня, а не свои собственные ощущения. В общем, мы с девчонкой нашли общий язык, поклялись прикрывать друг друга, заботиться друг о друге, и отправились на татами.