Бегать не люблю, дурацкое занятие, но бегать надо, иначе снимают очки репутации, сейчас даже наддал, надо поскорее разобраться с этим непотребством, хотя приходится прыгать через упавшие деревья, то и вовсе огибать картинные такие буреломы, недостает только медведицы с тремя медвежатами и подсматривающего за ними Шишкина с мольбертом.
Довольно быстро выскочил на тропинку, даже на так называемую проселочную дорогу, вот следы от колес, но не простые, а такие узкие, как будто от телеги. По телу пробежал предостерегающий холод, мягкий голос в черепе неслышно произнес, что в составе воздуха повысилась доля кислорода на ноль целых семь десятых процента, а вот уровень азота упал…
А где институт, подумал тупенько. Зашитый в кору черепа имплант с готовностью сообщил, что вообще нет присутствия высоких технологий. Исчезла не только Всемирная Сеть, но даже ближайшее электричество находится в верхних слоях атмосферы сорок километров к северу.
Я в растерянности остановился. Такое в последний раз видел только в далеком детстве, когда ездил в гости к бабушке. Деревень, правда, тогда уже не было, бабушка в модерновом коттеджном поселке, но за его оградкой примерно такой же лес и оттуда такая же дорога.
— У-у гады, — сказал я нервно, — порвали пространство?
Это был не вопрос, а предположение, но из глубины черепа прозвучало подтверждение виртуального помощника, что много лет звучал из мобильника, а когда эра носимых гаджетов перешла в эру встроенных гаджетов, переместился в пластину зеттафлопника, так называемого ИИ, что на самом деле ещё никакой не ИИ, но нам хочется называть так, приятно, что это ИИ в услужении, а не мы у него, он вроде бы будет за нас делать всё-всё, а мы только играть, а то и вовсе играться.
Пластина с ним умело упрятана под толстой лобовой костью, где та соединяется с теменной, добавочная защита, если вдруг упаду с дерева на макушку, хотя чего вдруг полезу на дерево?
Это что же, мелькнула мысль, те умники сдвинули Пространство? Ну за такое им влетит… А мне что делать, если тут незнакомый кусок леса? И вдруг вообще среди тайги, у нас ещё хватает вполне диких и необжитых мест.
Похоже, нужно вниз и вниз, там обязательно ручей, потом ещё вниз. И, может быть не сегодня, но наткнусь на поселение, люди скапливаются на берегах рек…
— Надо же, — сказал я с тоской. — Я что, в каменном веке?
Зеттафлопник, который я ещё со времен колонок называю Алисой, сообщил милым щебечущим голосом, что, судя по отпечаткам колес, я в диапазоне от середины первого тысячелетия до новой эры до середины первого тысячелетия нашего времени.