Косой дернул Дари за светлый вихор цвета пепла, из-за которого он и получил свое прозвище, но проскользнуло в небрежном вроде бы жесте нечто такое, отчего его здорово передернуло — про этих уродов разные слухи ходили…
Вот тут-то, как на беду, и вывернул из-за угла Бонч, размахивая пучком моркови и оглядываясь по сторонам.
— Вали отсю… — крик Дари придушили его же собственным воротником, но приятелю и услышанного хватило.
Не раздумывая ни секунды, Бонч развернулся и бросился обратно; кодла Косого с подвыванием рванула следом; а сам главарь от неожиданности выпустил из пальцев воротник Пепловой рубахи. Второго приглашения не потребовалось: зайцем отскочив от бандита, он понесся в противоположную сторону, рассчитывая обогнуть ратушу с другого бока, перехватить там приятеля и раствориться с ним во все прибывающей на торжище толпе.
И перехватил бы, не подвернись на пути Крыса телега с пивными бочками.
Закончилось все в пару секунд.
Не успев притормозить и вообще хоть что-то понять, беглец с разгона влетел под колесо. Раздался мерзкий влажный звук, и тут же, заржав, взвились на дыбы обе запряженные в повозку лошади. Телега начала заваливаться, верхняя бочка сорвалась с креплений и бомбой влетела в толпу. Косой, в тот момент тоже выскочивший из-за угла, оказался у нее на пути первым…
«Нормальный размен», — отрешенно подумал Пепел и даже успел вяло удивиться этому своему равнодушию.
А потом на площади начался ад.
Одновременно заголосили сразу несколько торговок, словно соревнуясь, кто кого переорет; визгливое ржание коней смешалось с паническим матом пытавшего из унять кучера; народ заметался вокруг, то ли сам пытаясь спастись, то ли кого-то спасти… Дари вышел из оцепенения, когда понял, что его заметили. Бывшая уже кодла Косого пришла в себя и рванула за ним так, будто это он был во всем виноват.
«Демоны!!!» — Пепел кинулся сквозь взбудораженную толпу, словно те и в самом деле за ним гнались. Хотя… может, лучше как раз приспешники нечистого, чем подручные внезапно погибшего вора? Но главное, чтобы не догнали, потому как сейчас те способны его убить. И убьют. Если он даст себя поймать.
Бежать было трудно: приходилось протискиваться мимо людей, ломанувшихся к месту происшествия, а вот погоне оказалось легче: он им невольно пробивал путь. Отчаяние подкатило к горлу тогда же, когда сбилось дыхание. Нет! Так не уйти!
Затравленно оглянувшись, Дари в последнюю секунду успел увидеть открытую веранду кофейни и, не раздумывая, рыбкой юркнул в тень под угловой столик, прикрытый еще и вазоном с цветами. Боги, лишь бы ему повезло! Лишь бы дамочка, сидевшая рядом, его не заметила и не начала орать.