— Даже не стану пытаться. Я заберу тебя в участок за неправомерное проникновение и угрозу жизни детектива полиции. Да за что угодно, так что не выделывайся! Законы Хайенвилла распространяются на всю нежить, а я — его представитель.
— И как же ты меня сдержишь, полукровка?
Хилари приподняла край майки, демонстрируя наручники, прицепленные к ремню джинсов.
— Серебряные кандалы сдержат. Они вплавятся в твоё тело, как в тёплый воск. Неплохой аксессуар на всю оставшуюся жизнь, не находишь?
Тайлер подошёл к Хилари и замер рядом с Айлой. Вампирша опасливо покосилась на него. Магия тянулась к ней, вынуждая отступать, пятиться в холл.
Пальцы Тары требовательно сдавили моё запястье. Цыкнув, я посмотрела ей в глаза. Что мешает пристрелить эту дрянь? Моральные принципы?
Достать пистолет она не позволит, стоит только дёрнуться, как от меня мокрого места не останется. Придётся потерпеть, вдруг, обойдётся без грязи.
Тара прикусила губу, расплываясь в хищной улыбке.
— Твоя рука такая хрупкая и изящная…. Может, я сломаю её?
— Зачем? — боль отстреливала в плечо, но мой голос не дрогнул. Пришлось стиснуть зубы.
— Хочется причинить тебе боль, — выдохнула она мне в лицо, и слова прозвучали интимнее самого голоса.
— И бросить мне вызов?
Тара рывком подалась вперёд, пришлось ударить наотмашь по лицу.
Всё произошло слишком быстро, думать времени не было. Голову вампирши отбросило в сторону, но уже через долю секунды она смотрела на меня, совершая бросок.
Зрачки полыхнули алым — её злость разлилась по моей коже, обдала жаром. Она рванула размытой дымкой, но я юркнула под её вытянутую вперёд руку.
Тара хотела схватить меня за шею, но не вышло. Я ушла от удара и появилась у неё за спиной. Толкнув ладонью, следующее, что увидела, как она налетела на увешанную картинами стену.
Стена треснула и просела, полотна вздрогнули. Не думаю, что Джозеф украсил берлогу фальшивками. Наверняка оригиналы, приобретённые на аукционах.
И, судя по тому, что Тара оставила отпечаток своей физиономии на портрете какого-то важного толстяка с гофрированным воротником, мне грозило объясняться с хозяином дома.
— Сучка! — зарычала Айла и бросилась в гостиную, но Хилари поймала её за волосы.
— Куда!?
И приложила с размаху мордой о стену. Резко отпрянув, Айла развернулась искажённым, истончившимся лицом — кости проступили резче, словно кожа села.
Тряхнув копной золотых волос, пригнулась, готовясь к прыжку. Хилари изумлённо усмехнулась, когда Айла устрашающе зашипела.
— Не скалься, — грубо бросила МакАдамс. — А то будешь собирать клыки по полу.