— Да, Мракус?
Хрясь!
Это оконное стекло треснуло от избытка мракусовских эмоций.
— Ты, наверное, хотел сказать, что, несмотря на все страстные и искренние эмоции, вынужден разорвать помолвку? — подсказала я.
Норон сделал глубокий вдох, не без труда беря магию под контроль.
— Ну что ты, дорогая, — процедил он, — как можно после всего, что между нами было этой ночью?
Тут уже у меня глаз дернулся. Посягнул на святое — на мою репутацию! Надо было налысо брить, а не делать модную столичную стрижку!
— Я теперь, как честный аристократ, ну просто обязан на тебе жениться, — закончило мысль это ледяное чудовище.
— Ну рискни здоровьем своим и… — я кинула многозначительный взгляд в область пряжки ремня, — своим и нации.
И оскалилась так многообещающе. Типа в следующий раз, может, еще что интересное отчекрыжу. Норон намек понял, а потому тему развивать не стал и удалился, попытавшись изобразить победителя. Нос он задрал, конечно, высоко, но разлетающиеся от каждого его шага снежинки выдавали парня с головой.
А я что? Я заставила кофейник оттаять и налила себе новую порцию прекрасного кофе в другую, еще целую чашку. Утро продолжало быть прекрасным.
Я никогда не задумывалась о понятии «месть сладка». Наверное, потому что еще ни разу не испытывала такое поистине божественное удовлетворение от проделанной пакости.
Ходила вся такая радостная, согревала атмосферу и воздух своим даром. Парням подмигивала, отчего особо тревожные шарахались в стороны. А те, у кого нервы покрепче, подмигивали в ответ. Подмигивали, но не подходили.
В общем, день был просто образцово-показательный, пока я не поняла, что у нас с Нороном совместная пара. И какая! Светский этикет!!!
Кошмар! Как я могла об этом забыть!
Шагая на пару, я думала лишь об одном — главное не ржать. Держать себя в руках изо всех сил. Не ржать и не пялиться!
И не потому, что нельзя бесить и так взбешенного ледяного. Просто педагог по этикету у нас была строгая. Да что там, меж студентов ее называли лютый зверь. Она готовила своих студентов к визиту в императорский дворец, не меньше. И ходить к ней на пары заставляли всех, даже если ты трижды аристократ.
А началось все с тех прекрасных времен, когда к нам в академию стали принимать всех подряд. По легенде, одна очень бойкая сиротка послала особу ну очень голубых кровей по общеизвестному адресу, чем шокировала всех. При этом особа ну очень голубых кровей в обморок от переизбытка чувств не упала и отправила сиротку обратно. Так они и перебрасывались, пока не явился ректор.
С тех пор все студенты академии учатся хорошим манерам, обращению со столовыми приборами, реверансам и прочей ерунде. Но сегодня день был особенный. Сначала особенно прекрасный, а потом резко стал особенно кошмарный. Потому что на этикете у нас были танцы и…