— Не медлит Господь исполнением обетования, как некоторые почитают то медлением; но долготерпит нас, не желая, чтобы кто погиб, но чтобы все пришли к покаянию, — как раз эти слова говорил настоятель, когда я спрятался в углу за амвоном, — так сказал апостол Петр в своем втором послании, — обозначил цитируемого автора он.
— Да будет украшением вашим не внешнее плетение волос, не золотые уборы или нарядность в одежде, но сокровенный сердца человек в нетленной красоте кроткого и молчаливого духа, что драгоценно пред Богом, — так он продолжил свою мысль, — это уже первое послание Петра коринфяном, — счел нужным уточнить он.
Но тут в церковь ворвались, другого слова трудно подобрать, мои преследователи — наконец-то я разглядел их… ну бандиты как бандиты, хотя скорее гопников напоминали они, особенно главный из них по имени Гвоздь. Все в кепках, на что им немедленно указал церковный служка возле входной двери.
— Головные уборы, — сказал он, — полагается снимать в храмах божьих.
— Че сказал? — включил угрожающие интонации Гвоздь, — не видишь, кто перед тобой.
— Что тут происходит, господа? — отец Серафим вдруг взял и возник перед кодлой Гвоздя.
— Все нормально, святой отец, — нашелся Гвоздь, — ща мы одного кента заберем и уйдем с миром.
— У нас тут кентов нет, сын мой, — усмехнулся Серафим, — у нас сплошные прихожане.
— Какие еще прихожане? — спросил Гвоздь.
Я с большим интересом наблюдал из своего темного угла за внезапным противостоянием двух систем и думал, что же в итоге там получится-то, кто победит и с каким счетом. Но Серафим вдруг сделал знак кому-то сзади, и за его спиной нарисовались три очень габаритных монаха с бейсбольными битами в руках, да… новые времена, новые нравы, знаете ли.
— Обычные прихожане, дорогой, — перешел с церковнославянского на стандартный язык Серафим, — которые со стволами в храм божий не заходят.
Гвоздь произвел серьезные мыслительные действия, судя по мускулатуре его физиономии, и решил не связываться.
— Мы еще вернемся, — сурово, как ему показалось, ответил он, вслед за чем бандиты очистили помещение Вознесенской церкви.
А Серафим после этого направился прямиком ко мне, и спросил он следующее:
— Они ведь за тобой приходили, да?
А теперь новая серия — Хоть святых выноси
— Правильно, отец Серафим, — тупо кивнул я, — именно за мной они и приходили.
— Ну пойдем поговорим… — окинул он меня долгим и внимательным взглядом, — ты двигайся в дом настоятеля, а я сейчас подтянусь.
Я очень осторожно выглянул из ворот церкви, ничего опасного не нашел и медленно, но целенаправленно пересек внутренний двор монастыря по указанному направлению. Кинул взгляд на свой домик под откосом, там все было на месте, и даже доска из окна моей кухни на подпорную стенку висела на том же месте, куда я положил минут десять назад. На стук дверь в доме настоятеля мне открыл уже знакомый служка в черной рясе.