Свое слово в этом конечно же сыграло страшное оружие китайцев сбившее вертолеты как сбивает спортсмен стрелок тарелочки. После того как ручная пушка показала себя, стрелок сделал еще несколько выстрелов, но уже по укрывшимся среди камней людям. Что осталось от тел после таких попаданий даже думать не хотелось, ведь штука явно очень мощная если с легкостью пробивала вертолетную броню.
Сломив сопротивление, китайские солдаты быстро осмотрели позиции поверженного противника и откопали ядерную мину. Забрав ее и взяв в плен одного уцелевшего бойца, явно оглушенного близким взрывом, они стали спешно уходить в горы. Вот-вот могли прилететь еще вертолеты…
Куликов до боли сжал зубы.
«Это не моя война… Это точно не моя битва… — повторял про себя Куликов как заклинание. — Нужно уходить…»
Выбравшись из своего укрытия в котором просидел без малого час, не чувствуя сковавшего его холода, Вадим перешел дорогу и стал взбираться на соседнюю гору, чтобы двигаться на юг не теряя из виду дорогу.
Он уже начал взбираться, но остановился, оглянулся, еще раз посмотрел на недавнее поле боя, лежащие где-то там тела солдат, дымные столбы подбитых и догорающих вертолетов и осознал что здесь только что погибли его, ни много, ни мало, боевые товарищи…
«Да, черт возьми, товарищи, — сказал он себе, будто пытаясь убедить в этом самого себя. — А одного из них так и вовсе куда-то повели. Своих бросать негоже…»
— Ч-черт! — ругнулся Куликов и со всей силы пнул ни в чем неповинный камень, полетевший вниз и вызвавший небольшой оползень.
Разрываемый на части противоречивыми мотивами и целями, Куликов сел в снег и сжал голову руками, будто удерживая ее от разлома на две половинки.
— Да что же это такое-то⁈
Одна его часть хотела, страстно жаждала идти дальше, оставить все как есть, плюнуть на все и заняться собственным спасением. Ведь он уже почти добился того к чему так долго стремился! К чему лишние проблемы к тому же сопряженные со смертельной опасностью⁈
Другая же половина, какая-то муторная, невнятная, точно сонная, неожиданная в своей настойчивости, словно удивляясь собственной смелости и оттого еще более настырная, твердила, что так поступать нельзя. Если можешь помочь — помоги.
— А-а твою душу!!! — с рыком вскочил Куликов подхватывая снайперку и бросился на восток следом за ушедшими китайцами. — Ведь пожалею же потом!
Сейчас он был готов сделать все что угодно, лишь бы заткнуть так не вовремя проснувшуюся совесть о наличие которой он уже почти забыл.
Естественно что идти след в след китайцам он не стал, они тоже не дураки и наверняка то и дело оставляют позади себя если не боевые растяжки, то сигнальные мины точно. В конце концов позади могла идти группа прикрытия.