— Понятно…
Как говорит Петька, мой брат, я лоханулась!
Теперь какая уж работа, надо просить, чтобы девочкам не рассказал. И не поползли обо мне слухи в гимназии.
Быстренько принимаю душ. Выхожу, а в спальне уже все готово. Бежевый костюмчик, новое спортивное белье и даже пакет, чтобы я сложила свои вещи.
В этом доме хороший достаток, и все продумано до мелочей.
Мое появление в парной точно не понравилось хозяину…
Так думаю, когда иду за домработницей в кабинет. Но первая фраза Степана Строганова меня очень удивляет.
— Спасибо за парную, Лада Александровна. Давно меня так хорошенько… не отхаживали.
Хмурюсь. Он серьезно?
— А как же Кузьмич? — зачем-то спрашиваю.
— Человек в годах, уже нет того энтузиазма, — Строганов посмеивается, — а вы всю душу вложили. Присаживайтесь.
Кивает мне на темное кожаное кресло у его стола. Он сидит в другом таком же.
Одетый… В белой рубашке и темных брюках.
— Второе, — Степан ловит мой взгляд, — я не называл вас блядью. Это было так, междометие. Знаете ведь — произносится одинаково, а значение разное.
— Да уж в курсе, — морщусь, — но вам бы перестать использовать нецензурную лексику. Вы отец двух подростков.
— Кому как не отцу близнецов ее использовать.… Кхм, ладно. Учту.
Он говорит так, как будто бы чуточку, но пристыдился. Или мне так хочется думать.
На самом деле меня еще не взяли, а я раздаю советы!
— И что же третье? — прикусываю губу, подозревая, что именно в третьем пункте будет вердикт.
— Третье вот — наш с вами договор.
— Обычно я сама…
Обычно я сама составляю договор с родителями. И большинству он нужен лишь для галочки.
А вот мне он необходим — ведь там четко прописаны мои обязанности и ответственность.
Ведь кто-то ждет, что репетитор чудесным образом нарисует любому отличные оценки. А одна мама пятиклассника рассчитывала, что я заставлю ее сына есть на обед суп. Ну а что — выжепедагог!
Так что мне удобнее предлагать свой вариант договора. А родитель или подписывает, или нет.
Но тут я открываю рот и закрываю. Встретившись взглядом со Строгановым.
Вид у него все же.… суровый.
— На мой взгляд там адекватные условия. Но вы, конечно, прочитайте.
— Хорошо.
Ну да, ничего плохого. Весь учебный процесс дается мне на откуп. То есть, регулирую занятия только я. И по оплате все четко.
Но… Что это за?
Большой пункт посвящен взаимодействию с самим Строгановым. Вернее, с единственным законным представителем моих учениц. Я в курсе, что мама близняшек давно погибла.
— Не принуждать отца к контролю над домашним заданием.… Не задавать то, с чем дети не могут справиться сами… Никак не привлекать к учебному процессу… Что это?