Лица Лорэй репликант в этот момент не видел, но голос её был… смирившимся. Так рассказывают о неизбежных неприятностях, вроде удушающей жары на улице.
— Что творится на верхних — знаю только по слухам, — произнесла Эйнджела и сделала очередной глоток.
Теперь настала очередь репликанта замолчать. Судя по всему, несмотря на ум, красоту и умение манипулировать мужчинами, сёстры Лорэй не понаслышке знали об угрозах, насилии и не самой привлекательной стороне гражданской жизни. Да что там, Чимбик лично внёс свою лепту…
Но теперь сержант по-новому посмотрел на Лорэй. На их поведение с резкими переменами настроения. Вспомнил, как вели себя сёстры при захвате, как молча сносили побои… А затем задал себе вопрос: а не стало ли их умение очаровывать и втираться в доверие способом защиты от агрессивного окружения? Нет, на профессионалов вроде репликантов или тех же оперативников СБ такое прямолинейное обольщение не подействует… Тут сержант вспомнил Блайза и свой недавний порыв и засомневался в верности оценки. Но, в любом случае, против примитивов вроде тех же уличных бандитов обольщение должно работать вполне эффективно. Да и не только на них — достаточно вспомнить поведение того же «мистера Атакующее Копьё». А ведь парень явно не придурок из трущоб.
— Мэм, а почему вы не обратитесь в полицию?
Это разумное предложение почему-то вызвало сдавленный смешок и кривую ухмылку на лице Эйнджелы. Она вернулась на диван с вновь наполненным бокалом и закинула ногу на ногу.
— По многим причинам. Первая — копам часто приплачивают, чтобы они покрывали подобные делишки. Всегда есть риск, что нарвёшься на того, кто тебя и сдаст. Вторая — кому есть дело до нас? Побили? Значит, сама нарвалась, пошла вон, без тебя работы хватает. А если вдруг и повезёт нарваться на идейного копа, то нужно давать показания. А за это тебя грохнут друзья тех, на кого ты решишь настучать.
Настала очередь репликанта молча переваривать услышанное.
— Ваша очередь, мэм, — спустя какое-то время тихо сказал он.
— Ты хотел заказать поесть, — буднично, будто разговор шёл о погоде, напомнила Эйнджела.
Репликант кивнул и, практически не вчитываясь, ткнул в несколько пунктов электронного меню. Девушка дождалась, пока он закончит, и задала очередной вопрос:
— Ты говорил, что вам десять лет и вы росли быстрее обычных людей. Расскажи, на что похоже такое детство? Как это происходит?
Чимбик подпёр кулаком подбородок и, тщательно взвешивая каждое слово, начал рассказывать:
— Ну, нас готовили стать солдатами, мэм. С двух лет нас начали обучать базовым навыкам, с трёх мы перешли к обучению с боевым оружием, а с шести — к подготовке в условиях, максимально приближённых к боевым. В семь лет нас начали привлекать для проведения полицейских операций: подавление беспорядков, ликвидация лидеров протестных движений, принуждение к порядку.