— Закрывай! — вновь крикнул Мальт, но Мири словно не слышала его, напряженно глядя на Мерк.
Та стояла на коленях перед телом Мали, с искусанными губами. Её левая рука по локоть сияла белым светом, Миерон смотрел с надеждой, которая гасла в его глазах.
— Прости. — Она наконец-то приняла страшную правду. — Я… не могу найти её. Там нечто другое. Столько всего.
Она совершила одну попытку до этого, но вместо Мали появилось нечто, едва не убившее Моратана, и лишь алый луч из щита отбросил это создание назад. В черную бездну.
— Мне не хватает опыта. Прости. Та сторона уничтожает все привычное. Её нет. Сестра?!
Мири плакала и не прятала слез:
— Я ошиблась. Я так ошиблась! Я видела, что все получится!
— Закрывай! — Мальт держал щит наготове, если кто-нибудь еще появится.
Проем начал медленно затягиваться.
— Нет! — Миерон вскочил на ноги.
— Закрывай!
— Ты! — Он с яростью указал на Мири. — Ты это все устроила! Ты видела! Знала!!
— Я спасала наш народ!
Он лишь ожег её взглядом, схватил лежавший на полу посох жены.
— Мне придется исправить все, что мы натворили! Я найду ее!
Мерк вскрикнула, Милт бросился наперерез Миерону, но тот прыгнул в бездну, и дверь на ту сторону захлопнулась.
Башня перестала вздрагивать, и Мерк, взяв мёртвую сестру за руку, склонила голову, не желая смотреть вокруг. Не желая думать о том, что случилось.
— Все, — сказал Мальт, устало опуская щит. — Кончено. Мы поступили правильно.
Лицо у Милта было такое, словно он хотел ударить брата. Он вздохнул тяжело и сел рядом с Мири, спросив:
— Что ты видишь в будущем теперь? Для нас? Для людей?
Та вытерла слезы, но потекли новые, и она уже не стала их трогать, коротко ответив:
— Надежду.
Паром плыл, опережая рассвет.
Прогоняя туман, через фьорд, в открытое море, вдоль побережья, в Нимад. Шлепал колесами по воде, обходил мели. Хрюли, довольные прекрасной погодой и намечающимся тёплым днем, энергично перебирали лапами в беговом круге, вращая водяные колеса, заставляя паром двигаться вперед. То один, то другой зверь счастливо похрюкивали и шумно, совершенно по-человечески вздыхали.
Ручной альбатрос криками указывал паромщице, стоящей у штурвала, правильный путь до тех пор, пока туман не рассеялся и риск угодить на камни или затопленные здания прошлой эпохи не исчез. Тогда он возвратился к девушке с двумя смешными короткими косичками, получил должную награду и уселся в глиняное гнездо, позволив надеть на лапку цепочку.
Паром был полон пассажиров — множество из них отправлялись на большую ярмарку в Нимад. Корабль останавливался в деревнях, поселках, возле ферм. Людей прибавлялось. Они грузили на корму бочки, корзины, тюки, мешки, ящики, тащили птицу и овец. После располагались на лавках, беседовали, глазели по сторонам.