Я бросаюсь вправо, перепрыгиваю поваленное дерево и врезаюсь в чью-то грудь. Сильные руки тут же хватают меня, не давая вырваться. Я отчаянно бьюсь, но он лишь прижимает меня к себе сильнее.
Сегодня он хищник, а я — его добыча и жертва. Я знала это с самого начала, но самонадеянно верила, что от него смогу сбежать. Ведь иногда вера — это всё, что нам остаётся. Ведь только она год назад не дала мне сойти с ума и сгореть от собственной боли и ничтожности. Именно вера помогла подняться на ноги и пойти дальше. Не оглядываясь.
Хотя кому я вру?! Оглядывалась. Ждала его. Верила до последнего, что найдёт. Что обнимет и скажет, что любит по-настоящему. Без фальши, лжи и мести.
— Ты думаешь, сможешь убежать? — горячее дыхание скользит по щеке и возвращает в реальность.
Я дёргаюсь, пытаюсь отвернуться, но пальцы хватают мой подбородок. Глаза горят пламенем. Он чувствует свой триумф и победу. По телу прокатывается волна — неожиданная, резкая, оглушающая.
Его губы накрывают мои так резко, что в первый миг я задыхаюсь. Это не нежность, не игра — это жадность, захват, желание доказать, что я принадлежу ему. Поцелуй рвёт изнутри, в нём нет пощады, только дикое притяжение.
И вдруг — вспышка.
Словно ток по венам. Я помню другой поцелуй.
Точно такой же стремительный, горячий, всепоглощающий. Тогда я тоже не могла дышать, но не от страха, а от того, что растворялась в нём. Каждое прикосновение, каждое движение его губ было для меня всем. Мир исчезал, оставались только мы.
Сейчас всё иначе. Вместо сладкого жара внутри расползается боль. Вместо лёгкости — тяжесть. Но тело всё равно предательски дрожит. Потому что этот поцелуй возвращает меня туда, откуда я так долго пыталась убежать.
Перед глазами — глаза Саши, тёмные, горящие, полные одержимости. Его руки, которые держали меня так, будто без меня он перестанет существовать. Его шёпот, обещающий, что я — единственная.
Сердце будто разрывается на части. Одновременно хочется закричать и оттолкнуть, и прижаться сильнее, лишь бы снова почувствовать ту самую любовь. Но разве она ещё существует? Разве после предательства можно верить?
В груди поднимается лавина — из воспоминаний, боли и всё ещё живой, проклятой любви. Она накрывает меня с головой, не оставляя ни воздуха, ни сил. И я понимаю: как бы я ни старалась, я не стёрла его из себя.
— Стоп! Снято! — голос режиссёра разрезает пространство, возвращая меня в реальность.
Я отталкиваю партнёра и отхожу в сторону. Губы всё ещё горят, дыхание сбито, но внутри пустота. Ничего к нему. Ни искры, ни желания.