Спустя несколько минут — вечность — обстрел начал стихать. Разрывы удалялись, смещались на левый фланг. Потом всё стихло.
Наступила тишина. Пронзительная, звенящая, как натянутая струна.
Я оторвался от спины Зимина, откатился в сторону и сел. По лбу текло что–то теплое — я провел рукой по лицу — на ладони осталась грязь пополам с кровью. Похоже, что кожу посекло мелкими камешками. Пустяки.
Сержант медленно поднимался, держась за стену окопа.
— Ты… Ты мне жизнь спас… — он посмотрел на меня с изумлением, граничащим с ужасом. — Откуда ты… Как ты понял, что он летит в меня?
— Да я и не понял, — устало ответил я. — Услышать, куда упадет снаряд, невозможно. Сочтемся, — я поднялся на ноги. — Надо готовиться — немцы сейчас опять полезут.
И, словно в ответ на мои слова, откуда–то донесся крик:
— Противник с фронта! К бою!
Конец ознакомительного фрагмента.