Я огляделся: ничего такого не было заметно. Ангар сиял чистотой.
— Все, конечно, убрали, отмыли, — продолжил риэлтор, следя за моим взглядом. — Как видите… Но никто из местных, конечно, арендовать это место не хочет. Даже за такую низкую цену. Сейчас все принадлежит его восемнадцатилетней дочке. Ей денег хватает, родители оставили шикарное наследство, и она просто не хочет, чтобы помещение простаивало зря. Вот и сдает за бесценок, так как вариантов нет.
Я видел, как риэлтор нервно переминается с ноги на ногу, а Артемий просто ждет моего решения.
А я… А я рассмеялся. Громко, от души. Эхо разнесло мой смех по пустому ангару.
— Так это же отличные новости, Артемий! — воскликнул я, хлопая его по плечу так, что он чуть не пошатнулся. — Да ты красавчик, Владлен! Это же именно то, что нам надо!
Артемий смотрел на меня, как на ненормального.
— Ты… Ты чего, Леха? Здесь людей сожгли! Магически! — он не мог понять, чему же я так сильно радуюсь.
— Именно! Я же говорю, что надо! — я широко улыбался. — Все местные будут за версту обходить это место стороной! Будет тихо, спокойно, никаких лишних глаз и ушей. Ни один любопытный сосед не сунется сюда. А нам, для нашего специфического бизнеса, лучше и придумать нельзя! Это и правда лучший вариант из всех возможных.
Артемий медленно начал улыбаться в ответ, до него наконец-то дошла вся гениальность и безумие этой ситуации.
— Я… Я даже не подумал об этом, — признался он.
— Потому что ты все еще мыслишь как аристократ, а я — как предприниматель, — пафосно заявил я. — Ладно, дружище, давай, подписывай тут договор. А я поехал по делам, мне еще с этим кондомом Альфредом встречаться, будь он неладен. Приеду потом к тебе после вашего экзамена. И да… — я посмотрел на него. — Удачно сдать! Покажи всем этим зубрилам, что настоящий ум — не в конспектах, а в опыте, которого у тебя навалом!
Я развернулся и пошел к выходу, оставив Артемия и ошарашенного риэлтора обсуждать детали. За спиной я слышал, как Владлен говорит:
— Ваш друг… Он очень нестандартно мыслит… Но мне все-таки нравится вести с ним дела!
«Еще бы!» — подумал я. Если мыслить стандартно, то свою собственную империю никогда не построить. А именно этим нам и предстояло заняться.
Солнце над Питером уже садилось, окрашивая небо в цвет расплавленной меди. Был бы я поэтом, написал бы стихотворение-посвящение этому моменту, а так — просто скажу: «Как же, сука, красиво!» Я ехал по набережной в своем «Витязе 3000». Мысли были заняты предстоящей встречей с Альфредом, когда зазвонил мой магофон. На экране было имя, от которого становилось тепло на душе: «Ирина».