Кочубей добрался до нас лишь ближе к семи вечера. Наверняка целый день у них толковища были, как в Негласном, так и в Непременном советах-комитетах.
— Да, Денис Дмитриевич, именно так день прошёл. Нужно выработать позиции для дипломатов, как по Франции, так и по Англии с Австрией. Вот только граф Панин все уши прожужал о том, чтобы сначала с Англией замирились, а остальные подождут. Ну и намекнул, что надо бы английским купцам компенсировать их потери за время простоя. Иначе, мол, Англия останется недовольной, а это чревато последствиями.
— Они же эскадру в Балтийское море ввели в начале апреля и бомбардировали Копенгаген, — подтвердил Ланской, — могут и до нас добраться.
— Если англичане шведов, пруссов и нас тронут, то сразу заполучат войну и бойкот их товарам. И быстро останутся без своего Ганноверского курфюршества, а французы нам всем мешать не будут, господа. Так что со стороны англичан это была просто спекулятивная угроза не больше. Торговая блокада бывает разной, можно год-другой и без английских товаров пожить в Европе, а за это время подготовить ракетные обороны для стран-участниц лиги вооружённого нейтралитета.
— А как же их эскадра? — спросил Кочубей.
— Виктор Павлович, у них боеприпасов не хватит всех нас бомбить, да и Кронштадт даст им отлуп своей береговой обороной. И это лишь во-первых. Десант они высадить нигде не смогут, так как его сомнут и в Швеции, и в Пруссии, и у нас. И они это прекрасно понимают. Ну и войну на континенте против рассадника их королей в Ганновере, сразу несколько союзных армий начнут. Весь расчёт сей английской спекуляции на слабость дипломатов, которые сейчас во всех трёх странах убеждают монархов встать перед англичанами на колени.
И граф, и гофмаршал аж поёжились, услышав слова «встать на колени». Никто такие слова вслух не произносит, чтобы сохранить видимость гордости при проявлении трусости. Чую, что мне несдобровать, коли называю вещи их именами. Сейчас ещё и Австрию приплетут для пущей важности.
— Маркиз, но Австрия обязательно поддержит Англию, а значит бойкот будет неполным, — отозвался Кочубей.
— Тогда, Виктор Павлович, и австрийцы заполучат в свои враги всех нас, а также и Францию. И куда их империя денется с континента? Или уплывёт, как Британия на своих островах? Нет, здесь нужен строгий ошейник для Англии. Им ни в коем случае нельзя уступать в переговорах и тогда они сами вынуждены будут пойти на наши условия. А чуть дадим слабину и они за это уцепятся и сядут на шею.
— Денис Дмитриевич, право слово, было бы в моей власти, сделал бы вас переговорщиком, — неожиданно (уже третий раз за день, кстати) сказал граф.