— Нет-нет, господин маркиз, — снова разбушевался Новосильцев, — нужно просто покорить земли горских народов и навести там порядок. Тогда казаки не будут страдать, а весь тот край станет мирным навеки.
— Не было такого, Николай Николаевич. Черкессию покорили, но сами черкесы не покорились и постоянно пытались сбросить с себя власть русских. В результате, после войны с Османской империей 1877−78 годов, черкесов просто выселили в Турцию. Порядка шестисот тысяч переселенцев получилось. Но если всегда и везде придётся отселять горцев целыми народами, то тогда о русских останется очень плохая память. Не удивительно, что в итоге все, кого спасали своей кровью и на кого тратили огромные средства, в конце концов отреклись от нас и считают врагами.
— Я на стороне маркиза, господа, — опять поддержал меня Кочубей, — нам следует не заниматься освобождениями, а лучше потратиться на обустройство оборонительных линий в кавказском регионе. И если нужно, то действительно поселить наших опытных солдат в тех краях, уж они-то смогут прекратить набеги, если получат наделы. Да и Турция с Персией будут достаточно далеко, а значит не будет общей границы, провоцирующей конфликты с ними.
Кочубей, оказывается, сторонник дружбы с турками и персами, во как. По любому, император, оценив величину расходов на завоевания и то, что всё равно те территории отделятся когда-нибудь, решил поставить крест на кавказской экспансии. По крайней мере, на ближайшие 15–20 лет.
— Господа, так и сделаем. Укрепим те границы опытными солдатами, выделим им земли, так оно дешевле обойдётся. Грузинские же земли пусть остаются пока самим грузинам. Не можем мы позволить себе помогать другим, нужно себе сначала помочь и экономику усилить.
Решение царя — закон для верноподданных, на том и порешили, хотя Новосильцев остался недоволен. Всё-таки в Петербурге или Москве приятно порассуждать о правильной имперской политике, будучи защищёнными гигантскими расстояниями от пылающих границ. Тем паче, что после освобождения Закавказья, можно заняться и освобождением той же Ирландии от английского владычества. Или Николай Николаевич пока не готов к столь полной роли освободителя?
— Кстати, Денис Дмитриевич, — сказал на прощание Александр Первый, — на днях вам пришлют двадцать егерей из бывших гатчинцев. Можете выбрать столько сколько посчитаете нужным.
На этом нас с гофмаршалом отпустили на приволье, видимо сами отправились на свой обед по-императорски. Впрочем у нас тоже будет, как обычно, богатый выбор разносолов и деликатесов. Чай с одной кухонной кладовки кормимся, ибо сами её и заполняем, ха-ха.