Красовскому, лежащему с двумя пулевыми ранениями в бедрах, деваться было особо некуда, так что Эрика даже не сомневалась в своей скорой победе. А то действительно, ну сколько можно ходить облизываться друг на друга? Вот именно. Как говорится, «не попробуешь — не узнаешь». Вампиресса решила попробовать, хоть её и здорово отвлекала необходимость нормально потратить деньги, полученные командой за поднятое из глубин океана золото.
Увы, у кицуне по имени Широсаки Юки были такие же планы, но куда меньше решимости довести дело до конца… зато решимости помешать любимой подруге — полные штаны! Лиса появлялась внезапно, приходя с кучей поводов не отлипать от лежачего, совсем не радующегося жизни, русского. А если не приходила, то её место занимала Норма, которую, под взглядом Петра, Эрика не решалась просто-напросто шугануть. А лезть к больному рядом с этим оборотнем было… ну, чревато.
Плюс Соня, здоровенная, тяжелая, пахнущая попкорном медведица, раздобревшая на их харчах. Туша весом в четверть центнера, решившая, что у неё теперь гнездо на груди у раненого, была совершенно не тем фактором, который можно игнорировать! В результате все две недели, пока ворчащий русский лежал, либо медленно ковылял по дому, девушки обламывались раз за разом! Ну и сегодня. Вроде бы, отличный повод отпраздновать полное выздоровление героя, но нет, он усвистал бухать с парой приятелей, а на них напало это рыжее недоразумение!
— Пацан! Неси нам еще! — орала, размахивая пустой пивной кружкой Момо, — Булками шевели! Шевели своими мелкими, тощими, костлявыми булками! И не пялься на грудь моей подруги, это национальное достояние! Нет, это наша собственность на троих!
Широсаки скорбно икнула после этих слов. Несмотря на то, что первое позитивное впечатление от ворвавшейся в их жизни Момо у неё было за счет того, что грудь рыжей была ровнее, чем даже у неё, у японки, факт того, что у Эрики бы реально хватило на всех их троих, сильно бередил разум выпившей кицуне.
Сама рыжая ворвалась в жизнь Хатсбург и Широсаки с грацией пьяного бегемота. Когда Красовский решил нанести визит Ла Диспензе, злая Момо, ругающаяся и тычущая ему в поясницу дробовиком, слямзила у русского смартфон, сунув последний в какую-то свою технологическую приблуду. Та сдублировала на себя канал связи, позволив рыжей определить несколько звонков после того, как Петр их покинул, так и не заметив, что телефон у него пропадал. Вызвонив по узнанному номеру Юки, психованная маломерка взбесилась от испуганного блеяния в динамике, от чего и явилась на храмовую площадь лично. В одной руке она держала оборонительную гранату, в другой фаллоимитатор совершенно чудовищных размеров, а вопила при этом такую ересь, что Эрика выскочила утихомиривать психопатку чуть ли не в одном белье.