— Барон Штутгард и старший рыцарь Марко Цурье не сочли необходимым отблагодарить нас вульгарными материальными ценностями, поэтому предоставили вместо них невозвратный беспроцентный кредитный лимит по линии «Стемии», — объяснил довольный альв, — Небольшой, всего на триста тысяч, зато по закупочным ценам… либо себестоимости!
— То есть, мы через них можем бесплатно получить какие-нибудь штуки⁈ — заинтересованно зашевелилась на коврике жадная госпожа Хатсбург.
— Не просто штуки, — ухмыльнулся в ответ Марий, показывая на лучащегося от довольства альва, — А то, что нельзя купить за деньги нигде!
— Военное оборудование, защищенные терминалы, стандартные дроны с огромной скидкой, — начал перечислять наш отшельник таким мечтательным тоном, что стало даже как-то неловко, — Можем взять машину вроде той, на которой Красовский терроризировал людей! Да кучу всего! Но не шмотки, стиральные машины и прочую дрянь, Эрика! Это уникальная возможность!
На этом месте уже Широсаки взволнованно зашуршала, но её держали крепко, уткнув в небольшую нормину грудь.
— То есть, деньги ты не получишь, — проинформировал я скисшую девушку с улыбкой, — Это счастье для наших гиков. А мы будем по старинке — мочить народ. С этим, думаю, не заржавеет, на Мадагаскаре мы создали неплохую рекламную компанию…
Было, конечно, жалко отдавать сумки, набитые ценностями, пусть хорошим дядям, но чужим, но протащить их на самолет мы бы не смогли. А так, передав их властям, получили в ответ горячее обещание рассказать о таких замечательных друзьях Ла Диспензы щедрым, но обремененным недоброжелателями людям.
Мелочь, и то приятно.
А что еще нужно для счастья? Мы неплохо повеселились, хорошо отдохнули, разобрались со всеми текущими проблемами…
Телефон Мария Гритта звякнул новым сообщением, а перед тем, как вальяжно развалившийся блондин выцарапал его из заднего кармана джинс, прозвонил еще с десяток раз. Включив аппарат, наш лидер уткнулся в него, читая сообщения. Чем дальше он читал, тем сильнее изменялось его лицо, становясь совсем уж похоронным.
— Ребята… — он поднял на нас взгляд, — У Момо есть инстаграм. Помните, она фотографировала?
— Ну да, — пожал я плечами, — И что?
— Она выложила фотографии у себя… Много, — помертвевшим голосом просипели в ответ, — В том числе и нас с Нормой… Агнешка была подписана на неё. Она сбежала из Ватикана. Из-под стражи. Убив троих человек в процессе.
Мы начали молча переглядываться. Новость была, мягко говоря, не очень.
— И что пишет? — еще не понявший всю глубину глубин Алебастр проявил завидную непробиваемость.