Взглянув в каждую из шести морд, окруживших меня, я вздрогнул и ощутил, какой от них несет звериной яростью, помноженной на профессионализм и холодный коммерческий расчет. Теперь главное сосредоточиться и все сделать верно, потому что (вот же сюрприз!), опробовать задуманное заранее я не имел ни малейшей возможности…
— Слушайте меня внимательно и не перебивайте, — настраивая голос, повторил я и медленно проскользил взглядом по каждому из бойцов. — Постарайтесь расслабиться, не отвлекайтесь, дышите ровно. До схватки еще есть время, и вернуть концентрацию вы успеете, а сейчас я хочу всецело завладеть вашим вниманием.
Солнце нагревало грозные тактические шлемы, легкий ветерок шевелил разноцветную шерсть шестерых чу-ха, послушно застывших перед чарословом-Джадуга. Они слушали, слышали и подчинялись.
Убедившись, что первая ступень успешно пройдена, я начал читать, медленно, с выражением, но без особого давления. Всматривался в хищные морды, читал по холодным глазам, следил за мозолистыми пальцами.
Силуэт Ханжи, маячившего сбоку с ассолтером наготове, немного отвлекал, но я умело абстрагировался от этого неприятного фактора.
После первых четырех двустиший вздрогнул и «поплыл» Панго, следом за ним в уколы от булавок превратились зрачки Као-Ду. Я нарушил привычный ход «низкого писка», позволив себе все тем же голосом попросить «Садовников» не противиться и полностью впустить в сознание мои слова и советы. Затем прочитал еще несколько строк.
Прикус попробовал потрясти головой, но тут же осекся, дисциплинированно убеждая себя не сопротивляться. За ним не в себе оказался Ребро, чья пасть безвольно приоткрылась.
— Шестая мышка сердцем вышла,
Три упорных будто не слышат.
Я декламировал, внутренне ликуя от ощутимого эффекта, в который еще этим утром и сам-то не до конца верил. Но вместо того, чтобы закрепить полный контроль над чу-ха фонетическим фиксатором, повысил голос и произнес:
— Высота больше не вызывает в вас страха. Вы останетесь собранны и внимательны, будете надежно держаться за поручни и перила, но высота больше не напугает вас. Она добра, красива и покорна нашей воле.
Шестеро «Садовников» мелко покачивались в легком трансе, и я снова не без труда удержал волну гордости и превосходства. Да, приятные чувства, и нужно будет обязательно записать это достижение в свое резюме, но позже, многим позже… Неужели у меня действительно получилось?
— Прикус? — негромко позвал я, с замиранием сердца ожидая, что сейчас транс прервется.
Но командир отозвался кивком и характерным горловым звуком, при этом не утратив образа чуть подвыпившего гуляки.