Не успевают казоку-йодда среагировать, как парнишка подхватывает перепачканный запекающейся кровью нож и без лишних раздумий полосует себя по груди. Вскрикивает, пронзительно пищит от боли, но раскалывает оковы невольных чар и испуганно отшвыривает черное оружие.
После этот малый чуточку свихнется, увы. Но примерно то же я могу сказать и о себе…
Когда «Дети» разбираются в случившемся и восстанавливают картину схватки, а в крепость возвращается Нискирич и его ударный отряд, меня держат в запертой комнате, словно дикого зверя.
Размазанный «Явандрой» в бесформенный блин, с осознанием первого убийства обитателя Тиама, я даже не способен протестовать такому заточению. Но раз за разом прокручиваю в памяти произошедшее, берегу каждую крупицу искаженных боевой лихорадкой воспоминаний, и обещаю себе понять.
РАЗГОВОРОВ МАЛО
Пожалуй, впервые в моей новой жизни Нижний Город вызывал у меня меньше страха, чем распластавшийся над ним неохватный Юдайна-Сити.
Несмотря на грязь, безудержное старение Такакханы или сумятицу ее противоречивых и опасных правил, которые двое местных в споре станут трактовать сразу пятью способами, сейчас она казалась мне куда более надежным и безопасным местом, чем закутки родного Бонжура.
Не сказать, что приличные ребятки из «Уроборос-гуми» совсем не захаживали в Нижний. Но я был уверен, что шансы встретить их здесь стремились к нулю. Да и камер слежения тут встречалось куда меньше, чем на поверхности. Ну, то есть, они конечно были, причем немало, но на тотальную поверку любая оказывалась или разбитой, или закрашенной из баллона.
Фаэтон полз по грязным улицам Такакханы, терпеливо дожидаясь, пока с проезжей части уберутся переходившие ее пьяницы и попрошайки, самых настырных или тупых разгоняя пронзительным гудком. В голове скрипел «джаз», предвестник нескучных событий. Настороженно поглядывая по сторонам и ежеминутно проверяя, не принес ли кого на хвосте, я двигался к месту встречи на стареньком «Барру» Сапфир…
Конечно, полуанархия Нижнего Города заставляла держаться настороже. Особенно с учетом того, что ребра еще не до конца зажили после восстанавливающего гелевого корсета. Однако, несмотря на легкую боль в боку и лежащий на приборной доске башер, дышалось мне легче. Метафорически, разумеется, потому что воняло на улицах Такакханы все же знатно — ее глубинные канализационные системы не ремонтировались со времен, когда верхнюю часть гнезда еще только проектировали.
Вонь, к слову, была не единственной проблемой Подпола Дна, как минимум потому что сюда не хотел брать заказ ни один здравомыслящий гендорикша. Возможно, моя недавняя знакомая-изгнанница из кочевой стаи и рискнула бы доставить пассажира в нужную точку, но выискивать старуху на улицах Бонжура было бы излишне опрометчивой идеей. Так что я снова выпросил транспорт у Сапфир. Как обычно не отказавшей своему «Малышу».