Потом настал четвертый раунд, последний. Сил не осталось никаких, и Никитин пошел в затяжную атаку, решив добить противника. Прижав меня к канатам, он замолотил кулаками, как автомат, чередуя атаки в корпус и в голову. Я закрылся, прижав руки к лицу, и лишь изредка отвечал, чтобы бой не остановили.
Это меня и подвело. Почти не видя противника, я наудачу выбросил левый «крюк», и тут же над ним мне в висок прилетел правый кулак, сбивший меня с ног, как несущийся локомотив.
Свет в зале погас, и я очутился в темной пещере. Не было видно ничего, но я мог слышать, как где-то с потолка капает вода, и еще немного дул холодный ветер.
Странно, подумалось мне. Я же только что был на ринге, что за ерунда! И никакого страха, только удивление. Может, я умер? Нет, непохоже. Тогда где я? И как отсюда выбраться?
— Люди глупы, — вдруг послышался чей-то голос. — Они обладают сокровищами, но не знают об этом. А что еще хуже, не хотят знать о них.
— Кто ты? — спросил я.
— Какая тебе разница, — брезгливо ответил голос. — Ты всего лишь один из многих. Из тех, кто не имеет воли и желания думать. Как быстро тебя сломали.
Я почувствовал, что меня охватывает ярость.
— Ну хорошо, — пробормотал я, вспомнив, что со мной все еще остался мой дар.
Пещера озарилась странным светом, и в десятке шагов от меня показалось бледнокожее существо, сидящее на большом камне. Человеком оно не было — огромные черные глаза без зрачков, серая кожа, безгубый рот и трехметровый рост говорили именно об этом. Одето существо было во что-то черное.
Во что именно, рассмотреть я не успел, потому что пространство вокруг поплыло и я обнаружил себя лежащим на ринге. Надо мной склонился рефери и считал вслух от одного до десяти. За его спиной стоял Никитин и снисходительно посматривал на нас. Мысленно он был уже далеко отсюда. Наверное, строил планы, как потратить полученные от Хмелева деньги.
— … Пять! Шесть! Семь!
Семь, подумал я. А за семью будет восемь. Затем девять, а потом десять.Десять⁈ Десять будет означать, что я проиграл.
Да не в жизнь! И я вскочил на ноги, да так резво, что немного напугал рефери. Такого он явно не ожидал. И вмиг ставших змеиными глаз у человека еще не видел.
Он секунду помедлил, потом спросил:
— Хочешь продолжать?
— Конечно! — ответил я и улыбнулся.
О нокдауне я уже забыл. Да какой нокдаун, таким сильным я себя еще никогда не чувствовал. Десяток секунд назад едва не падал от усталости? Не может быть! Энергия из меня будто выплескивалась. Скажут сейчас пробежать марафон — я его на одной ноге отпрыгаю.
И еще со мной была сила. Жуткая сила в руках. Как ее измерить? Да очень легко! В нескольких шагах от меня стоит человек, ударивший меня по лицу… сейчас он пожалеет об этом.