Последним в дом заскочил бледный Ромка, на ходу вытаскивая пистолет. Практически сразу раздался взрыв, а спустя несколько секунд меня накрыла мощная волна энергии смерти.
— Нет! — заорал я, рванув в ту сторону, но меня перехватил Эдуард. Рядом бежал грязно матерящийся Кузовлев. Судя по тому, что он хотел сделать с Полянским, Дениске и его людям лучше было сдохнуть там.
— Он жив, — твёрдо проговорил Эд. — Если кто-то из членов Семьи умрёт, ты это сразу же почувствуешь, — шепнул он мне. — Особенно когда нас осталось так мало.
— Это было с вами согласовано? — я выдохнул, на мгновение прикрыв глаза, после чего развернулся к Кузовлеву, сжимая кулаки и с трудом подавляя желание врезать ему.
— Нет! Я что, по-вашему, идиот? — кулаки у начальника полиции тоже были сжаты. Ещё секунда, и мы просто начнём морды друг другу бить, чтобы хоть немного выпустить пар.
— Слава, работайте! — рядом послышался крик Эда, и выскочивший из своей палатки Троицкий кивнул и нырнул внутрь, на ходу вытаскивая ритуальный кинжал. Мы с Эдом только зубами скрипнули. Мы не были зарегистрированными Тёмными, и светиться даже здесь не слишком хотелось. — Стоять! Охранять периметр! Первый, кто туда сунется, сдохнет в муках!
Тёмный хлыст щёлкнул перед рванувшими к зданию убийцами. Ну, насчёт Эда я, похоже, погорячился. Ему всё равно, что о нём подумают, тем более энергии смерти здесь было столько, что один хрен никто ничего не понял бы. Да ещё двое Тёмных только что вышли за Грань. Я почувствовал всплеск силы, и меня слегка затошнило. Энергия смерти накатывала волнами, я её чувствовал, но она почти вся уходила на подпитку магов, стоящих сейчас в пентаграмме, поэтому мне удавалось сохранить ясность мышления, как и Эдуарду.
Снова взрыв, дверь распахнулась, и довольно большая группа детей выбежала под предводительством одного из убийц. Группа была довольно значительная, человек пятьдесят. Дверь захлопнулась, и практически сразу наступила тишина.
— Почему никто не стреляет? — я схватил убийцу и развернул его к себе. — Почему никто не стреляет⁈
— Рома, он… Ваську Лапина убили. В Рому бросили гранату, и Васька… Он закрыл его собой. А после этого — Рома…
— Он сорвался, — хмуро договорил за него Эдуард, глядя на дом одновременно с ненавистью, любопытством и какой-то странной жадностью. — Первый этаж, если я правильно понял, чист?
— Да. Этот… старший у полицейских остался там, принимать заложников, если они прорвутся со второго этажа, ну и этих уродов, если они тоже… — быстро говорил убийца. Что там Рома творит, если на него это произвело такое впечатление. — Роман Георгиевич пошёл на второй этаж. Мы всё ещё не знаем, сколько их и сколько ребят в живых осталось. Нам удалось рубануть им связь, и минут десять они не смогут связаться друг с другом. Там магические шумоподавители стоят между этажами. Никто не слышит, что происходит в соседней комнате, не говоря уже обо всём здании. Ну, тут понятно, дети всё-таки, постоянный шум никому на пользу не идёт, особенно во время занятий. Так что эти мрази ещё не поняли, что случилось. Потом пошлют кого-нибудь на первый этаж, но с одним-двумя без щитов в виде детей эти поди справятся, — и он брезгливо скривился, выражая своё мнение насчёт полицейских. Мнение было так себе, надо сказать.