— Тогда, может, сначала узнаем, чей это топор, а дальше видно будет? — Ванда подошла ко мне, аккуратно переступая через тело мужчины, и попыталась поднять орудие труда лесорубов.
— Точно, — я хлопнул себя ладонью по лбу. Отобрав у Ванды топор, я ткнул его в нос опешившему Гвэйну. — Давай, ищи.
Волк скосил глаза к переносице, точнее, на лезвие топора, всего на пару сантиметров не доходящего до кончика его носа, и перевёл настолько презрительный взгляд в мою сторону, что я чуть этот злосчастный топор из рук не выронил.
— И как это работает, интересно? Как заставить собаку выполнять приказы? Похоже, он слушается и пытается угодить всем, кроме меня. О тандеме Гаранин-Гвэйн все на Первом знали. Сейчас вон, Егор у него Ромказаменитель, — тихо пробормотал я, начиная разглядывать топор.
Я не слишком разбираюсь в топорах, но на первый взгляд, кажется, что это хороший инструмент. Немного сколотый правда, ручка затёрта, значит, им действительно работали. Причём довольно долго. Присмотревшись, я увидел надпись на рукояти: Дмитрий Козлов.
— И кто такой этот Козлов? Неужели всё так просто? — На Гвэйна я старался не смотреть. Если бы он мог плюнуть в мою сторону, он непременно бы это сделал.
— Дмитрий Козлов? Да это тот парень, с которым вы в первый день сцепились, — удивлённо произнёс трактирщик.
— О, как. А что, он тоже хотел с тобой подружить? — я повернулся к Дарье, всё ещё не выпуская топора из рук. Значит, всё-таки он Дмитрий.
— Нет, — она покачала головой. — Он никогда… В общем, никогда со мной даже не заигрывал.
— Странно, — я опустил топор на пол. — А как валят лес? — Это я спросил у трактирщика.
— Бензопилами.
— Ага, а топоры зачем?
— Чтобы сучки обрубать, — трактирщик смотрел на меня со всё большим недоумением.
А у меня что-то не вязалось. Этот Козлов не произвёл на меня впечатления полного кретина. Но только полный кретин мог бросить орудие преступления на месте этого самого преступления, да ещё и именное оружие. А ведь он первым подсказал вполне здравую на самом деле мысль о том, как можно быстро вычислить убийцу. Ведь если бы я полноценно владел магией разума, тщательно рассмотреть портрет убийцы из головы Дарьи вполне можно было, даже если она утверждает, что не помнит его.
— Как-то не вяжется, — вздохнула Ванда. На труп она не смотрела. — Ну не такой же он идиот, чтобы собственный топор бросать рядом с телом?
— Да, я тоже об этом подумал, — задумчиво проговорил Егор, снова присаживаясь на корточки возле тела. — Что-то мне рана не нравится, какая-то она…
— Какая? — я пересилил отвращение и присел рядом.