Бланш же дополняла его соображениями о пиар-стратегии, рассказывая о планах по привлечению влиятельных пациентов, которые могли бы стать «лицами» программы после успешного лечения.
Через час интенсивного обсуждения Морис поднялся, собирая документы:
— Думаю, на сегодня достаточно. Мне нужно вернуться в клинику — сегодня поступает новая партия пациентов. Плюс у нас запланирован очередной консилиум.
Он пожал мне руку и направился к выходу, но на пороге обернулся:
— Кстати, Максимилиан, если будет возможность, загляните к нам на следующей неделе. Хотелось бы показать вам новое оборудование для диагностики уровня благодати в организме наших пациентов. Очень впечатляющие и точные результаты.
После его ухода в кабинете повисла лёгкая тишина. Бланш осталась сидеть, нервно поправляя несуществующие складки на юбке. Она явно что-то обдумывала, время от времени бросая на меня быстрые взгляды и тут же отводя глаза.
Я допил кофе, наблюдая за её внутренней борьбой и, наконец, решил взять инициативу в свои руки:
— Бланш, — прямо сказал я, — чего ты хочешь? И не надо изображать из себя застенчивую девочку — это не твой стиль.
Она вздрогнула, словно я застал её за чем-то предосудительным, а потом решительно подняла глаза. В них я прочитал любопытство, смущение и ещё что-то, что не мог точно определить.
— Я слышала, что в Синде себя очень хорошо проявил Симон, — выпалила она одним духом. — Так ли это?
Я внимательно посмотрел на неё. Вопрос прозвучал даже слишком невинно для Вийон. Обычно они не задают вопросов просто из праздного любопытства, особенно когда речь идёт о других людях.
— Действительно, — медленно подтвердил я, изучая её лицо. — Симон показал себя отлично. И как боец, и как стратег. Проявил находчивость, смелость, умение работать в команде. Но почему тебя это интересует?
Бланш мгновенно покраснела — от шеи до самых корней волос. Она судорожно сглотнула и поспешно отвела взгляд к окну:
— Это просто… — голос её звучал неестественно высоко, — обычное любопытство. Ну, знаешь, как дела у твоих учеников… в целом… плюс, мы ведь познакомились тогда в Вийон-де-Тур. Так что просто интересно как там наш общий приятель.
Она вскочила из-за стола так резко, что чуть не опрокинула чашку:
— Мне пора! — пробормотала она, избегая моего взгляда. — Спасибо за кофе и за… продуктивное обсуждение!
Не дожидаясь ответа, она поспешно направилась к выходу, но у самой двери обернулась. На её лице боролись смущение и что-то ещё, то ли решимость, то ли отчаяние:
— Максимилиан, а… а он сейчас в городе? Симон, то есть?