Наконец, он замолчал.
— Думаю, когда у тебя язык устанет, чтобы хоть одно слово вставить, — улыбнулся я.
— Ещё не скоро. Язык — это вообще самая сильная мышца в нашем организме. Она никогда не устаёт. Ещё ни разу не было, чтобы у меня язык устал, сколько бы я ни говорил. Ну чего, ты на меня так смотришь? Да, я перенервничал, да, я боялся. За себя боялся и за вас боялся. А ещё я впервые убил человека. Даже двух. И помог убить третьего. Конечно, у меня теперь эмоции бьют через край. Ещё эта чёртова приспособа, из-за которой я двигаться не могу. Представляешь, сказали до завтра вот так висеть придётся. Сразу целительством нельзя, сперва нужно костям вернуть нормальное положение.
Слова Руслана заставили меня слегка поморщиться. Не он один впервые убил человека. Все мы сделали это впервые. Наверное. Насчёт Скуратова я не уверен. Слишком он радовался этому заданию. Да и не знаю, убили свои цели Кеша и Маша? Но я уже смирился с этим. Не убей мы наёмников, и они убили бы гораздо больше ни в чём не повинных людей: женщин, детей и стариков. А их было очень много на площади Восточного.
— И что теперь? Ты считаешь нас всех убийцами? — задал я вопрос, который интересовал и меня самого.
— Дурак совсем? — скривился Руслан. — Убийца — это тот, кто убивает с удовольствием. Либо сам кайфует от этого, либо получает за это деньги. Вот это — убийца. А мы предотвратили трагедию, которую собирались устроить те наёмники. Теперь я понял, почему мне сказали, что обучение на факультете старшей крови перевернёт жизнь с ног на голову. А ведь это задание было только началом. Как нам говорили, одно из самых лёгких. Даже представить не могу, что же у них за тяжёлые задания.
— Вот и не нужно этого представлять. В любом случае Годуновы смогут нас удивить. И теперь мы знаем, что не самым приятным образом. Но в том, что не считаешь нас убийцами, я с тобой согласен. Мы спасли много жизней, но и допустили много смертей, — на несколько мгновений я замолчал, вспоминая тела полицейских, разорванных силой последнего наёмника. — Поэтому давай постараемся в следующий раз не допустить ни одной.
Наверное, впервые с момента нашего знакомства вижу Романова таким серьёзным. Даже представить не мог, что он так умеет.
— К следующему полевому испытанию мы будем готовы гораздо лучше, — кивнул Руслан.
— Так вот ты где, — влетела в палату Маша, а следом за ней вошла Василиса.
Голова Годуновой была перебинтована, а в глазах читалось превосходство. Только я не понимал, в чём именно? Испытание второй группы оказалось не менее сложным, это сразу понятно, раз пострадала даже провидица. Ректор и куратор не пощадили собственную кровь, чего уж о нас говорить.