Приближалась середина дня. Почувствовав проникающий в тело жар, рогоносец пробудился и приподнял голову к небу. Он старался не пропускать короткий промежуток времени, когда в мир вторгалась энергия Солнца, ведь для него сейчас это был единственный способ развития.
Пока змей поглощал энергию, Сурт пришёл в себя. Смотря в темноту, он вспомнил, что сражался с Древним рогоносцем на древесной арене.
— Кажется, у нас вышла ничья… — пробормотал парень и приподнялся на локтях.
Сурт почувствовал, как с него что-то скатилось. В этот момент перед ним начали распаляться огнём узоры, украшающие чёрную чешую. Благодаря этому вокруг стало светло, и мальчишка понял, что находится в какой-то пещере, вход в которую перекрыл тот самый змей с арены.
«Интересно, меня придёт спасать какая-нибудь принцесса? Ну или принц, на худой конец?..» — усмехнулся про себя Сурт и сел.
Смотря на змеиные чешуйки размером с ладонь, он вспомнил легенду о демоническом драконе, который украл дочь Императора Молний, заточил её в пагоде Созвездий за семью печатями, а потом пожирал всех, кто пытался спасти невинную красавицу.
Мальчишка вздохнул и огляделся. За спиной он обнаружил два Плода Рождения. Сурт достал две зачарованные деревянные шкатулки с закруглёнными краями, в которые аккуратно поместил ягоды, а затем убрал их в пространственное кольцо.
«Интересно, а рогоносцу дали плод?» — подумал мальчишка и направил духовную энергию в глаза. Вернее, попытался это сделать.
Сурт нахмурился и направил внимание во внутренний мир.
«О как: глазной духовный канал разрушен, а сердечный цел и невредим! Ещё и цвет у него с чисто голубого на голубовато-золотой сменился… — Мальчишку посетила одна мысль, и он переключился на духовное тело. — Небесный песец!»
Сурт резко раскрыл глаза, и яркая алая вспышка резанула по ним. Мальчишка зажмурился от боли и повернулся спиной к источнику света. Он моргнул пару раз, смахнул выступившие слёзы и вновь погрузился во внутренний мир.
Он ошалело рассматривал новое ментальное тело. Духовные энергии гармонично переплетались на границе двух обликов, чётко разделяя их пополам. Правая была человеческой, утончённой и рельефной, а левая — звериной, похожей на крепкого волосатого примата с крупными мышцами. В центре лба красовался короткий, похожий на изогнутый клинок с зазубринами, золотой рог, испещрённый голубыми жилами.
«Надеюсь, мой физический облик не изменился вслед за духовным… Иначе меня и мать родная не узнает! — Сурт вернулся из внутреннего мира, внимательно осмотрел, ощупал себя и облегчённо вздохнул: — Фу-ух! Никаких внешних изменений. Это радует» .