Запели скрипки, музыка взвилась к потолку. Адриан подхватил Миру, и все поплыло, завертелось, растаяло. Пропали люди — от них остался лишь пестрый туман. Был всемогущий мужчина. Так ужасающе близко — она чувствовала его дыхание, глядела мимо его плеча, чтобы случайно не встретиться глазами. Он кружил ее, почти нес на руках. Мира не смогла бы ни споткнуться, ни ошибиться в движении. Она парила в вихре, пол исчез из-под ног. Скрипки надсаживались и опадали, с пьяным азартом вступались свирели.
— Миледи, — мурлыкнул Адриан, — ведь вы сохраните в секрете мою маленькую шалость?
Неужели я смогу сейчас говорить⁈ Однако ее язык бойко пропел:
— Боитесь, что это войдет в традицию?
— Конечно! Представьте — император при любом случае хватается за Эфес…
— И все девицы хохочут, как по команде.
— Будет чудовищно, да?
— Непереносимо, как формальные приветствия.
Она рискнула посмотреть ему в лицо. Глаза Адриана смеялись. Музыка плясала, взметалась волной.
— Ваша матушка лишена иронии. Вы совсем на нее не похожи.
Мысли плавились и перемешивались. Я — Минерва из Стагфорта. Я лгала вам, а вы меня оскорбили. Вы надменны и самодовольны. Вас хотят убить. У вас очень сильные руки.
— Ирония — не от матушки. Я подсмотрела у кого-то, мне понравилось, взяла себе.
Зал плывет мимо, текут лица, одежды. Люстры то разгораются, то меркнут — или это музыка вспыхивает и гаснет? У Адриана горячая ладонь, крепкие пальцы. Он улыбается — янмэйские ямочки на щеках.
— Вы красивы, миледи.
Когда-то она знала правильный ответ…
— Я всего лишь хорошо упакована.
— Вы красивы, когда вам весело.
— Я северянка, ваше величество. Мне не бывает весело.
Она сбилась с такта, Адриан пропустил полшага и подстроился под нее. Вихрь закружил Миру с новой силой. Скрипки, свирели, мужские руки, золото, искры… Замершее в бешеной пляске время.
И вдруг все стало стихать. Мира пропустила момент, когда музыка пошла на убыль, обратилась ласковым послесловием. Движения остыли, сделались медленней, замерли… И вот она стояла, прерывисто дыша, глядя мужчине в глаза.
— Благодарю за танец, миледи. Я рад, что вы здесь.
Царила тишина, и Мира знала единственно правильный ответ: «Благодарю, ваше величество, это честь для меня». Она прошептала:
— Будьте осторожны, ваше величество.
Он усмехнулся — на этот раз невесело.
— Я — император, миледи.
Мира прочла недосказанное: «Я не бываю неосторожен».
Затем он оставил ее.
А позже Ребекка Элеонора из Литленда держала Миру за плечи и восклицала:
— Вы были прекрасны! Ты себе не представляешь. Великолепный танец!
Она вяло отнекивалась: