Я закрыл глаза, голова дико болела, не знаю уж что там с остальными повреждениями, но сотрясение я получил точно. Пробежавшись языком по зубам, я с удовольствием убедился, что они все на месте, хорошо, что обошлось, тем ударом, что мне нанес скорее всего уже покойный соловьевич, выбить их можно было все.
Превозмогая боль, я осмотрел себя с ног до головы, помимо повязки на голове, в бинтах были еще обе ноги, ребра и почему-то ухо, его не забинтовали, а аккуратненько залепили пластырем, интересно было бы узнать о повреждениях, надеюсь завтра с утра дежурный врач ознакомить меня с их списком.
— Я Вам говорю, туда нельзя. — Раздался громкий шёпот из коридора. — Утра дождитесь, пациент под наркозом, его прооперировали.
— Нам можно. — Этот холодный женский голос я мог узнать из тысячи, последние дни, он буквально стал для меня синонимом злого рока, Василиса свет Андреевна собственной персоной пожаловала ко мне в ночи.
Дверь открылась и на пороге возникли четыре фигуры, вернее сначала фигура была одна, пожилая медсестра могучей комплекции, любительницы мучного, я кстати, скоро буду таким же если не перестану жрать пирожки с волком на перегонки, закрывала вход в мою палату от ночных визитеров, впрочем безуспешно, она была просто отодвинута крепкой рукой с волосатыми пальцами и ко мне в палату один за другим вошли Соловей Кощеевич, Василиса Андреевна, ну и на последок какой то помятый и не выспавшийся капитан Сан Саныч Орлов.
Василиса деловито уселась на стул рядом с моей кровать, закинула ногу на ногу, при виде чего, Сан Саныч невольно сглотнул, и вытащив из сумочки небольшой флакончик, протянула мне.
— Пей. — Подмигнула мне девушка. — Да не бойся ты. Пей говорю. Живая вода, ценнейший препарат, мертвого на ноги поднимет, не такого, конечно, мертвого, как твой давешний оппонент, его тонким слоем по стенам подъезда раскидало, но для тебя, самое то. — Я взял не гнущимися пальцами пузырек и попытался открыть. Пальцы не подчинялись и Василиса со вздохом забрала пузырек обратно, после чего вытащила резиновую пробку, затем ловким движением уселась рядом со мной на больничную койку и обхватив одной рукой за шею, второй чуть ли не насильно влила мне в рот содержимое флакончика. В глазах замерцали искры, по телу разлилось тепло и в какой-то момент стало так хорошо, боль ушла мгновенно, кожа под бинтами начала зудеть, но это длилось лишь мгновение, а еще это восхитительное чувство, от того, что моя щека сейчас прижимается к чему-то мягкому… Поняв к чему именно прижимается моя щека, я постарался отшатнуться, но девушка держала меня крепко, вглядываясь в мои глаза.