Кулак подошел к одному из мониторов и увидел, как ливень заливает всё вокруг.
— Чёрт возьми, это действительно сильный дождь, — сказал он. — Нам нужно будет подождать, пока погода не улучшится.
Гвоздь, усевшись на стул, внимательно посмотрел на меня.
— Пока мы здесь, может, ты расскажешь, что это за база и как ты тут очутился? — спросил он.
Я покачал головой, чувствуя, как напряжение усиливается.
— Сначала мне необходимо прояснить ситуацию, что происходит вокруг. Потому что я должен действовать по уставу. Сказать всего я не могу. Это военная тайна. И то, что мы сейчас на военном объекте — это уже серьезное нарушение. Но за последние четыре дня я насмотрелся такого, что, возможно, мне и придется нарушить некоторые пункты устава.
Ребята кивнули, понимая моё положение. Катя начала готовить ужин, а Кулак и Гвоздь стали рассказывать мне свою историю.
Кулак взял слово первым, его голос был спокойным и уверенным.
— Улей — это место, где мы все оказываемся после переноса, после густого тумана. Это своеобразный мультиверсум, где различные миры и кластеры переплетаются друг с другом. Мы все здесь, потому что нас забрал Стикс из наших прежних миров.
Я нахмурился, стараясь понять суть сказанного.
— Стикс? — переспросил я.
— Да, — продолжил Кулак. — Это таинственная сила, которая перемещает людей вместе с частью города или просто места, какой то территории из одного мира в этот. Никто точно не знает, что или кто это, но все, кто здесь, так или иначе были перемещены им.
Гвоздь подхватил рассказ.
— Здесь есть несколько типов кластеров, — сказал он. — Одни загружаются постоянно и на них кишит зараженными, другие — относительно безопасны. Все, кто попадает в Улей, заражаются местным вирусом, или, как принято считать, спорами. У примерно одного процента, а может и меньше, есть к нему иммунитет. Они и есть иммунные. А все остальные становятся зараженными.
Я внимательно слушал, пытаясь уловить суть.
— Зараженные, постоянно питаясь, развиваются в разные стадии, — продолжил Гвоздь. — Чем больше едят, тем они сильнее становятся. Эти существа, которых ты видел, — лишь начальные стадии. Чем дольше они существуют и питаются, тем более ужасными они становятся.
В голове мелькнули образы тех существ, которых я видел на мониторах. Эти монстры, поедающие других, более мелких созданий. Слова Гвоздя начали обретать смысл.
— Значит, все эти монстры… это бывшие люди? — спросил я.
Кулак кивнул.
— Да, многие из них когда-то были людьми. Но вирус, или споры, изменяют их до неузнаваемости. Иммунные — единственные, кто способен противостоять этому процессу. Мы пытаемся выжить и бороться с зараженными.