Первым, кто заявил свои права на баронство, был третий сын барона Тедара — соседа Киффера. Он нагло въехал в замок со своей небольшой дружиной и объявил себя бароном. Нашли его спустя сутки под обрывом, на котором стояла крепость. Причем, ничего не указывало на то, что это было именно убийство. Дружинники же просто разводили руками, и божились, что ничего не видели и не слышали. Мол, его милость пошел на вечернюю прогулку (было у него такое увлечение), а своим людям приказал оставаться в замке, так как «глупо бояться каждой тени».
Следующим, спустя пару недель, в замок наведался еще один сосед Киффера — барон фон Гоф. Бароном себя он не объявлял, так как прекрасно понимал, чем ему это грозит. Зато приказал сервам свозить оброк к нему. Чего добру пропадать? Соседи барона Гофа, в том числе и барон Тедар, юмора не оценили совершенно. И слегка, так чтобы не зазнавался, пообломали тому рога.
Ну, а потом за дело взялся «баронский совет». Так я назвал объединение, чьей основной задачей было защитить Фарсу от возможной интервенции со стороны графа де Феля. Именно от его имени в Хольтриг и Дорсу отправились гонцы, вроде Мешека.
Собрался, значит, этот самый совет, покумекал, да и решил отложить дело с баронством Киффер в дальний ящик. Не ко времени, мол, сейчас — враг на пороге. А чтобы крестьяне зря не работали, все ими положенное пусть уплачивается в закрома этого самого совета. Будет чем кормить защитников. За соблюдением этого указа должен был проследить специально назначенный чиновник.
И всех такое решение устроило. Других баронов — потому, что они получали пусть и небольшой, но все же доступ к кормушке. К тому же, непонятно еще как сложится война с хольтригцами, и никому из них не хотелось стать тем щитом, что примет первый удар. Крестьян же, потому что у них теперь был хозяин, пусть и временный.
И такое положение дел сохранялось до конца осени. А потом, буквально пару недель назад, внезапно в замок прибыл молодой человек, утверждающий, что он чудом выживший сын барона Эверта фон Киффера.
Внушительная дружина, состояла из почти двух десятков хорошо экипированных солдат, и верительные грамоты с личными печатями баронов Раст и Мормах были достаточно красноречивы. Поэтому, юного Орома и объявили бароном фон Киффер, а все сколь ни было значимые люди баронства тут же принесли клятву верности своему новому сюзерену.
Эйфория у народа от возвращения хозяина продержалась всего пару дней. А потом новый барон разошелся на полную. Ввел дополнительные поборы, вдобавок к тем, что уже были. Забрал часть сервок (совершенно не интересуясь мнением их мужей) к себе в замок служанками и наложницами. Призвал на службу едва ли не четверть всех оставшихся в баронстве мужчин (встреченные мною Малиг и Шалиг были как раз из таких). Ну и всякого другого разного тоже успел натворить.