Поправив короб, шагаю к лавке Роя. Нужно поскорее отдать травы, чтобы вернуться домой хотя бы не поздней ночью и успокоить мать. Наверняка уже переволновалась в ожидании сына.
Я толкнул деревянную дверь. В лавке было тепло, уютно и пахло чаем с жасмином.
Сняв короб, прохожу мимо полок. Рой занят делом — травник под светом тусклой масляной лампы что-то усердно толок в ступе, высунув кончик языка и пребывая в полном сосредоточении — фанатик.
Рой до последнего делал вид, будто не замечает меня. А может, действительно не замечал.
— Можно? — спросил я, кивнув на стол.
Рой вздрогнул:
— Ух, напугал, парнишка… Да, ставь посередь стола.
Травник отложил ступку и пестик, вытер руки о передник и скользнул взглядом по коробу с травами. Короб я немедля поставил на столешницу.
Рой потянулся к коробу. Не выказывая особого интереса, открыл его.
Запах свежесобранных трав вырвался наружу, смешиваясь с ароматом жасмина. Брови травника тут же приподнялись, ноздри расширились, на лице проявилось искреннее удивление. Нет, даже недоумение.
— Ого! — Травник присвистнул, оценив содержимое. — Так-так. Прежде чем я отсюда что-то достану, будь добр, закрой входную дверь. Там засов справа. Да-да, двигай его.
Травник аккуратно достал пучок горной мяты, понюхал его и удовлетворённо хмыкнул.
— Ну-ка, рассказывай. Где нашёл, кого ограбил?
— Просто повезло, наткнулся на горе, — ответил я, состроив самую невинную мину, на какую был способен. — Там не сильно снежно было, и…
Рой сощурился.
— Не сильно снежно? Мы точно сейчас про гору говорим? Такие травы не растут где попало и не попадаются наудачу. На будущее: горная мята растет под снегом. Если она растет не под снегом, она быстро привлекает разных тварей, которые жрут её.
Я похолодел, осознавая, что просидел сутки в норе с взведенной гранатой в коробе.
— Погодите, но в прошлый раз…
— В прошлый раз горную мяту приносил, и тогда я поверил, что тебе повезло — там всего стебелек был, — перебил меня травник. — А то, что в коробе лежит окромя мяты, достать еще труднее.
— Значит, повезло, — сказал я упрямо. — Лавина прошла, снег сошел, травы оказались наверху.
Травник долго смотрел на меня, потом — сдался.
— Сойдёмся на том, что ты везунчик.
Травник потянулся к полке за весами и счётами — старинными деревянными счётами с потёртыми бусинами. Весы были самыми простыми: две латунные чаши на тонкой перекладине.
— Начнём с горной мяты, — сказал он деловито и положил пучок растения на одну из чаш, на другую поставил крохотные гирьки.
Весы качнулись и уравновесились с первой попытки.