Окружающие этого не говорят, но по их лицам видно, что они на какое-то время увидели меня мёртвым, и им это совсем не понравилось. Никодим как всегда старается быть ехидным и остроумным, но улыбка у него перекошена. Родители опираются друг на друга. Веда потеряла дар речи, Неждан впервые не знает, что сказать. Все они уже представили жизнь, в которой нет меня.
Но больше всего меня удивила Светозара.
Девушка ревёт и не может остановиться. Вытирает слёзы рукавами. Она выглядит так, будто находится на похоронах. Будто я окочурился, а не выжил с помощью исцеляющей силы Федота. Да, было близко, но всё страшное уже позади.
— Ты чего? — спрашиваю.
— Ничего, — отвечает Светозара.
— Тогда почему плачешь?
Не справившись со свалившимся на неё вниманием, Светозара поднимается на ноги и убегает в сторону замка. Прежде она никогда не стеснялась своих слёз, а сейчас вдруг почувствовала себя слабой и беззащитной. Странно.
— Женщины, — задумчиво произносит Егерь. — Кто их разберёт.
— Да, они такие, — философски замечает Волибор.
— Была у меня одна…
Егерь пускается в привычные для него долгие рассказы о своих романтических похождениях. Человек он влюбчивый, поэтому много ухаживал за различными женщинами. Все его истории весёлые и обычно заканчиваются тем, что его побила толпа злобных мужиков. Однако на этот раз я его не слушаю: слишком много дел. Сначала наградить моих союзников за победу в междоусобице, а потом догнать Светозару и попросить её не расстраиваться.
— Мне нужно так много тебе рассказать, — с азартом шепчет Никодим. — Ты просто не поверишь!
— Ага… погоди немного, потом расскажешь. Помоги папане вылечить раненых. У нас тут целое поле боя, которым нужно заняться.
— Будет сделано! — кивает парень.
Встаю, скидываю с себя кольчугу, поддоспешник, рукавицы, избавляюсь от верхних портков, служивших защитой в бою.
Битва окончена. Это означает, что во всём Новгородском княжестве осталось лишь шесть удельных князей: я, Всеволод Длинноухий, Всеслава, Рогволод Старый, Мирина и Любава. Все южане, поскольку северяне либо погибли, либо сидят в подземелье под Стародумом. А так как пятеро из оставшихся удельных других поклялись мне в верности, то я сейчас являюсь самым главным князем во всём княжестве. Пора на этой почве вырастить новую иерархию власти.
Длинноухий с остальными князьями стоят в стороне.
— А, Тимофей, — произносит он, когда я подхожу достаточно близко. — Как раз говорили о тебе. Конечно, только самое хорошее.
— Не сомневаюсь. Поздравляю вас всех с победой.
— И тебя.
— Вы, наверное, и не думали, что мы всех одолеем? Признайтесь, уже с жизнями успели попрощаться?