– А не проще надеть маску?
– Нет! – отрезала Сабина. Мы же не в Южной Корее, где маска на лице – обычное дело. Здесь она привлечет еще больше внимания.
Я волновался, но переезд Маши в дом к Сабине и Максу прошел безболезненно. Но подруга оказалась права. Уже через день я заметил за собой слежку. Через два мне показалось, что в квартире побывали чужаки. А через три кто‑то опрашивал охранников клиники, а на парковке постоянно дежурила незнакомая машина. Приходилось быть очень осторожным, чтобы не выдать себя ни словом, ни жестом.
Наконец день операции настал.
Идея с проверкой трамвайных маршрутов себя оправдала, но заняла почти всю ночь. Я сердцем чувствовал, что мы движемся в правильном направлении, но согласования, разговоры с нужными людьми отнимали много времени.
То, что Мари была на остановке, мы поняли почти сразу. Достаточно было посмотреть записи с камер у входа. Жена вырядилась в рваные джинсы и футболку рыжей шлюхи, а волосы убрала в хвост, но все равно я сразу ее узнал. Судя по времени, мы разминулись всего на несколько минут. Мари села в трамвай, который шел по центру Дрездена и сворачивал в спальный район.
– Нужно расспросить водителем, – предложил Карл.
Щекастый полицейский посмотрел на него исподлобья, мол, и сам знаю, что делать, и по рации связался с участком. Там быстро выяснили расписание трамвая, его номер и водителя, который работал в вечернюю смену. Осталось немного: узнать, где транспорт находится в данный момент, нагнать его и побеседовать с шофером о пассажирах.
– Вы можете подождать результат расследования дома, – сказал полицейский.
– Да, Генри, давай оставим поиски специалистам, – поддержал парня Карл. – Ты устал, разнервничался. Несколько часов отдыха пойдут на пользу.
– Я тебя здесь и не держу! – ответил я. – Это моя жена, я сам хочу ее найти.
Мы сели в машину и поехали следом за полицией.
– Ты понимаешь, что сейчас делаешь? – не успокаивался Карл. – Если эта девка захотела сбежать, она постарается замести следы. Эти шлюхи очень хитрые и изворотливые. Сам видел, как выкручивалась рыжая, пока ее не прижали к стенке.
– Мари не шлюха!
Слова Карла гвоздем застряли в голове. Неужели моя скромная и стеснительная жена на самом деле расчетливая и коварная сучка?
Я в это не мог поверить. Если бы она была стервой, то не упустила бы возможности содрать с меня как можно больше денег за тайну, которую узнала, и за ребенка, которого носила под сердцем. С ним она должна была почувствовать себя настоящей женой профессора.
Хотя… я чуть не заскрежетал зубами, потому что вспомнил, что в день праздника на Мари были надеты серьги с бриллиантами стоимостью в несколько тысяч евро, и браслет, который она отказалась снимать. За них можно выручить кругленькую сумму.