Но одним движением руки я заставил его замолчать.
— Юрий Михайлович, вы знаете способ? — с полным надежды взглядом, спросил я Семецкого.
Вместо ответа, он не глядя протянул руку назад. Кто-то из его бодигардов, лица я не разобрал, положил в неё что-то блестящее. Не затягивая и так тяжёлый момент, глава М-3 вытянул руку, продемонстрировав ожерелье из белого металла. Ожерелье, в котором не хватало нескольких главных камней.
— Это, кажется, ваше, — не глядя на Карину, Семецкий бросил ей ожерелье.
Девушка поймала его в воздухе, затем тщательно вгляделась, и уже совсем по-другому посмотрела на главу М-3.
— Откуда? Откуда оно у вас? — в глазах девушки читалось недоумение, и… Радость⁉
Последнее я скорее почувствовал, нежели увидел. Кажется, выход на истинную силу Изменяющего Реальность «прокачал» и Глаза Ньёрда. Унаследованные по отцовской линии глаза, о которых, я, к своему стыду, так ничего и не узнал.
— Камни! — тут же всполошилась девушка, заметив их пропажу. — Здесь были камни! Три больших…
— Угли Адского Пламени⁉ — уточнил Семецкий, и не дожидаясь ответа, продолжил. — С вашего позволения, мои специалисты их изъяли, как неизученные и потенциально опасные артефакты из другого плана. Кстати, о них…
Семецкий зашарил по карманам, будто искал зажигалку. А затем усмехнулся, и шлёпнув себя по лбу, вынул из внутреннего отделения небольшой свёрток.
— А это, собственно, они и есть! — произнес он с улыбкой, протягивая мне маленький тканевой мешочек. — Они помогут вам вернуться.
— Вернуться? — приняв нечаянный дар, удивился я.
— Именно, Магнус! Вернуться, — с лёгкой учительской улыбкой кивнул Семецкий. — Попасть в Ад — дело нехитрое. Гораздо сложнее — вернуться обратно!
Сбивая ноги о ржавый песок, опираясь на сухую тисовую клюку, по дороге брел горбатый старец. На изрытом проказой лице зияли гнойные чирьи, но даже они не могли унять его торжествующей улыбки. Ещё бы! Вед, впервые за много-много веков он возвращался домой!
И не с пустыми руками! Щурясь, старец посмотрел на небо, в котором, закладывая виражи, висела крупная птица. И усмехнулся, тут же поплатившись за это. Несколько чирьев на его лице лопнули, источая мерзкое содержимое.
Но даже это не смогло испортить его настроение! Мать его увидела глазами Филипы! Мать знает, что блудный сын вернулся домой!
Вспомнив о пленнице, горбун дёрнул за грубую джутовую верёвку. Та, безвольной куклой потянулась вместе с верёвкой, но не проронила ни слова. По её щекам текли слёзы, длинные русые волосы волочились по ржавому песку, набухающий живот тянуло так, будто копошащийся в нём малыш хочет защитить мать!