— Ну, если я не потеряю их, — закатила глаза та.
— Ты уж постарайся. Не прощаюсь.
Я зациклил печать и положил на нее руку.
Через мгновение оказался у той же горы.
Вокруг стояла тишина. Темно, хоть глаз коли.
Пора проверить не обманула ли меня демонесса. Я развернул ладонь и пропустил через себя ману. Тело никак не отреагировало. А в руке оказался желтый камень.
Либо кто-то врушка, либо теперь магия как-то по-другому работает.
Пробую еще раз. Управлять землей у меня уже получается на автомате. А с новой силой нужно потренироваться.
Подключил фантазию.
А вот и огонь. Слабенький, еле заметный, но получился.
Правда руки с непривычки пекло. Ожогов не оставалось и это радовало.
Осветив этим огоньком ночной лес вокруг себя, я увидел небольшое, сухое деревце. Отломав несколько веток и скрепив их поясом от оставшейся у меня сумки, сделал импровизированный факел. Используя ткань от остатков сумки, обмотал верхнюю часть и поджег.
Надеюсь Мила и Симон еще не уехали. Даже предположить не могу сколько времени я провел в аду. Полная дезориентация во времени.
Хотя организм не обманешь. Есть я хочу знатно… А значит прошло не меньше суток.
Я направился в оговорённое место. Военных видно не было к счастью.
Буквально через пол часа я добрался до края леса. Машина была на месте. Я заглянул в окно у увидел, как сладко спит Мила на заднем сидении с мохнатым новым другом на руках. На месте водителя сидит Симон с закрытыми глазами. Явно уснул недавно.
Я постучался в окошко. Симон резко открыл глаза и повернулся в сою сторону. Пес стал увеличиваться в размерах от испуга, отчего проснулась и Мила.
Она стала его гладить, чтобы не допустить катастрофы.
— Леша! — восторженно сказала Мила и открыла дверь.
— Я вернулся, — улыбнулся я и распахнул руки, но Мила не успела меня обнять.
На меня прыгнул пес и повалил на землю.
— Надо бы тебе имя дать, что ли, — теребил я его.
— Уже, — довольно сощурилась Мила.
— И как же зовут этого мохнатого бандита?
— Ауф, — довольно сказала Мила.
— Чего? Почему Ауф? — смутился я.
— Потому что он полуволк. А волки делают ааааууууф, — протянула Мила.
— Нуууу, лаааадноооо.
Когда Мила протянула последнее слово ее вой подхватил пес. Видимо пока меня не было он слишком усердствовал, что его даже так назвали.
— Просто, когда ты ушел в разлом он выл так громко, что уши закладывало, — устало вышел из машины Симон.
— Значит будет Ауф, — снова потеребил я шерстку пса. Опустил его на землю и встал.
— Я рад, что ты вернулся, — протянул мне руку Симон.
Я пожал ее и обнял друга.
— Ты герой, — следом бросилась в объятья Мила.