Совершенно очевидно, что я не интересую его, как магик. Он, конечно, хвалит меня и намекает на мои грандиозные перспективы, но совершенно ясно, что он просто вешает лапшу мне на уши. Не в том смысле, что он врёт — перспективы у меня действительно неплохие, я и сам это вижу. Но к чему Дельгадо мои перспективы? Даже если я и стану когда-нибудь великим магиком, это будет через годы. Вряд ли Дельгадо готов ждать столько времени — он не особенно скрывает, что я нужен ему вскоре, а лучше прямо сейчас. А в ближайшее время ожидать от меня каких-то магических подвигов никак не выйдет — до уровня того же стражника Ирцы, с которым я дрался, мне как до луны, которой здесь нет. Ирца в самом деле сильный магик, он вполне обоснованно надеялся стать учеником Дельгадо — настоящим учеником, не таким, как я. Так что, если бы великому нужен был просто сильный магик, он бы на меня и не посмотрел — нашёл бы кого-нибудь другого, да того же Ирцу. Драться со мной он Ирцу заставил без труда, точно так же заставил бы сделать что угодно.
А раз мои магические перспективы ему неинтересны, то что остаётся? Только моя нестандартная связь с духовным планом. И программа моего обучения легко в эту версию вписывается: с одной стороны, Дельгадо уделяет большое внимание моему духовному укреплению, а с другой — старается давать информации по минимуму, а навыков не даёт вовсе. Самое подходящее обучение, чтобы привести меня куда-то, как барана, и сделать со мной что пожелаешь.
Когда я всё это осознал, то начал паниковать. Первым делом заподозрил, что меня планируется принести в жертву на каком-нибудь алтаре — вообще-то, такое предположение в самом деле напрашивалось. Но при первой же возможности я исподволь порасспрашивал Лерана, и он меня немного успокоил.
— Слушай, Леран, — как бы невзначай вспомнил я, — меня всё-таки здорово беспокоит тот случай с покушением на Арну. Здесь что, в самом деле практикуют человеческие жертвоприношения?
— Здесь — это где? — флегматично переспросил он. — Я слышал про племена дикарей, они вроде бы иногда режут пленников в угоду своим божкам. Ну, рассказывали такое, не знаю, правда или нет. Но в более-менее нормальных местах такую дикость точно не встретишь.
— Почему не встретишь? — удивился я.
— Главным образом потому, что смысла в этом нет никакого. Невозможно получить хоть что-то от убийства. Даже если зарежешь человека на каком-нибудь алтаре, то это ничего не изменит, и никакой пользы тебе от этого не будет. Душу алтарь не задержит, а что ещё можно получить от чужой смерти? Я имею в виду, в плане духовно-мистическом? В общем, если захочешь убить врага — убивай просто так, не морочь себе голову с алтарями.