Её спина кажется такой хрупкой в этом утреннем тумане. Я стою у машины, глядя ей вслед, и чувствую, как поводок, который я натянул слишком сильно, вот-вот лопнет.
Я стою на тротуаре и жду, пока она скроется за дверью дома. Только когда замок щелкает, я сажусь обратно в машину. В салоне пахнет её духами и моим застарелым гневом.
— Что на этот раз, Мэйс? — Доминик внимательно смотрит на меня, не торопясь жать на газ. — Опять сорвался?
— Блядь… — Я с силой провожу ладонями по лицу, пытаясь стереть из памяти её заплаканные глаза в той чертовой уборной. — Я пытаюсь, Дом. Честно стараюсь быть с ней другим, но, сука, это слишком сложно. Она доводит меня до грани одним своим видом. Мне нужно выпустить пар. Сейчас же.
Доминик лишь коротко кивает. Он знает меня слишком хорошо. Знает, что если я не выплесну эту ярость на кого-то другого, я уничтожу Арию окончательно.
— Понял тебя. Едем.
Он выжимает педаль, и машина срывается с места. Мы едем в «404». Для обычных прохожих это просто место для отдыха. Но только свои знают, что там находится на самом деле.
«404» — это наше чистилище. Арена, бар и бетонные мешки внизу, где не существует законов. Это место, где мы пытаем врагов и где крики не проникают сквозь толстые стены.
Мы заходим внутрь. Я на ходу стягиваю футболку, швыряя её куда-то в угол, и сразу поднимаюсь на арену. Кожа горела, мышцы ныли от желания ударить.
— Не смотри на меня так, — Доминик поднял руки, направляясь к барной стойке. — Я не собираюсь с тобой драться.
Он невозмутимо наливает себе коньяк, лед со звоном ударяется о стекло.
— Ну тогда позови кого-нибудь, — бросаю я, разминая шею. Короткий хруст отозвался в тишине зала.
— Рик! — кричит Доминик в сторону тренировочных матов. — Мэйсону нужно выпустить пар. Я тебе хорошо заплачу, если отпиздишь его как следует.
— Договорились, — из тени выходит Рик.
Он один из немногих, кто не боится смотреть мне в глаза. Рик профессиональный боец, который тренирует наших парней. Он знает, что я не буду сдерживаться, и это его только раззадоривает. Он молча скидывает футболку, обнажая тело, покрытое шрамами, и поднимается ко мне на ринг.
— Надеюсь, ты сегодня не в настроении танцевать, Мэйсон, — усмехается он, бинтуя кисти.
Я ничего не отвечаю. Я просто встаю в стойку. В голове всплывает лицо Арии: её слезы, её губы, её запах. Ярость вспыхивает с новой силой.
Я рванул вперед первым. Никакой разведки, никаких финтов. Просто чистая, концентрированная ярость. Мой первый удар — тяжелый правый хук — пришелся Рику в блок, но я почувствовал, как его повело назад от самой силы инерции.