— Что тогда было?
— Переход на хозрасчетные методы, кооперативы. Ничем хорошим не кончилось…
— Но денежка у людей появилась, — понятливо продолжил гость. — То есть НЭП, индустриализация по-новой и вот теперь такую красотищу строят…
Он повернулся туда, где вдали над проспектом были видны верхушки небоскребов.
— Что, хотите в таком жить? — Светка спросила с подначкой, но гость лишь покачал головой.
— Нет, милая, строить такое хочу. Но вот так я умею, — он показал за спину на ряд панелек, — А вот такую красоту уже и не научусь. Досадно, понимаешь! Пойдемте, надо бы посмотреть ближе.
Что он смотрел я не понял. Петрович прошел через весь микрорайон, смотрел на газоны, на тротуары, остановился и ковырял пальцем какую-то трещину в бетонной отмостке, потом долго глядел на крыши, прикрыв глаза от солнца рукой. Остановил какую-то пожилую бабулю, мигом ее разговорил, выяснял что в какой последовательности ставили. Через пять минут разговора попрощался и мы почти побежали в строну трассы, где он задумчиво смотрел по сторонам, а затем так же задумчиво побрел прочь.
То есть если подумать, он вел себя почти как режиссер Ростоцкий, только интересовало его другое. А в мелочах…
— Вы ведь понимаете, что изменить не получится? Это будущее уже свершилось.
— Конечно, конечно, — он встряхнулся, кашлянул: — Но теперь я уверен, что делаю все правильно.
— А если?..
Он перебил:
— В любой работе бывает куча «если», надо лишь понимать, что это рабочий момент и вовремя их исправлять. Я вот теперь твердо знаю, что грунт здесь держит, что проект осуществим и что мы его осилим. Значит, надо браться и делать! Если не мы, то кто?
Обратно нас вез другой таксист, еле говорящий по-русски. Петрович от невозможности общаться даже стал поерзывать на сидении, оглянулся на меня, вздохнул… и начал выпытывать у Светки все на свете. Где живет, на кого учится, куда собирается пойти после учебы. Болтали как на семейных шашлыках, я узнал много нового. Светка, оказывается, училась в Ленинграде на продюсера, то есть на директора творческих коллективов. Но отучившись один курс ушла «искать себя» и даже переехала в другой город, в старую квартиру деда — то-то я смотрю, что у нее квартира по обстановке на мою похожа.
Девушка пыталась перехватить инициативу, но это были жалкие трепетания лани в пасти тигра, Петрович отвечал вроде бы по делу, но тут же переводил разговор. Даже не удалось узнать, какую он должность занимает.
Наконец, мы добрались обратно, Петрович снова замер у двери, колупая ее пальцем с двух сторон. Посмотрел на прощание на небоскребы, вздохнул и уже собрался было уходить, как Светка его окликнула: