— Здесь нет портье, Жан, — пробормотал я, прикидывая, чем лучше спеленать взбесившегося юношу. — Может водички?
— Не надо мне никакой воды, — воскликнул француз. — Я просто хочу побыть один. Мне надо позвонить маме, девушке… Неужели я обязан делать это под вашим присмотром?
— Да нет, конечно, — начал было я, но француз остановил меня активными взмахами рук.
— Тихо! — шёпотом проорал он. — Тихо!
Через секунду я понял, что именно напугало нашу иностранную истеричку. К нам пришли гости!
Стук в дверь прозвучало вежливо, но вместе с тем весьма громко и настойчиво. Кто-то с той стороны был твёрдо уверен, что его слышат и явно не собирался уходить, не пообщавшись.
Я недоуменно посмотрел на француза, он ответил мне испуганным взглядом. Впрочем, бояться то чего? Мы же так и так гостей ждём!
— Да успокойся ты, наконец, Жан! — я встал и подошёл к двери. — Это же наверняка посыльные от уважаемой ведьмы. Видишь, как всё хорошо. Не стали заставлять ждать бизнес-партнёра…
Однако, последние слова я произносил уже почти шёпотом, с недоумением разглядывая невысокого, но чудовищно широкоплечего мужика, оказавшегося на пороге. Что-то он никак не тянет на курьера от ковена.
— Господин Еремеев? — осведомился крепыш, буквально сканируя меня профессиональным цепким взглядом. Интонации, кстати, тоже знакомые. Так умеют говорить только люди, твёрдо знающие, что у них за спиной маячит государственная машина, способная при желании перемолоть любого.
— А вы, видимо, старший лейтенант Павлов, — догадался я, жестом приглашая полицейского входить. — Удивлён и даже немножечко восхищён. В кои веки наша полиция оперативно реагирует на изменения обстановки.
— Хм, — булькнул что-то старлей, но теплоты в его взгляде не прибавилось. Ну и на кого мы нарвались? Верного рыцаря сил правопорядка или просто юношу с ксивой и кучей комплексов неполноценности?
— Раз вы такие догадливые, то почему же вы до сих пор не дошли до райотдела полиции? — полицейский по-хозяйски осмотрел номер, а затем по очереди смерил взглядами меня и французика.
От старлея веяло такой непоколебимой уверенностью в своих действиях, что я на минуту даже смутился. С одной стороны, вроде как, и не меня приглашали для беседы, а с другой и впрямь, че это мы до сих в райотдел не заявились.
— О! — Мирон выполз из санузла в одних трусах, но даже не подумал смутиться при виде посторонних. — А это кто?
— А вы кто? — вопросом на вопрос ответил полицейский.
— А я из душа, — набычился Мирон. — И подселение не заказывал!
— Мирон, подождите! — воскликнул французик, а я жестом показал напарнику, что заткнуться и впрямь стоит. Конфликты с полицией дело хорошее, но тогда, когда они происходят вовремя. Сейчас для них времени не было абсолютно.