Системный диагностический отчет завершен.
Носитель: Винд (Идентификатор: Катализатор реальности).
Статус: Стабильный. Регенерация завершена на 100%.
Физические параметры: В норме. Следы экстремального энергетического истощения устранены.
Психоэмоциональный фон: Уровень стресса снижен до допустимого. Рекомендована легкая адаптация.
Доступ к силовым профилям: ВОССТАНОВЛЕН.
Гравитационное восприятие: Активно (Уровень Интеграции: Стабильный).
Пространственная интуиция: Активна (Уровень Интеграции: Повышенный).
Аэокинез (Ветер): Активен (Уровень Интеграции: Повышенный).
Заключение: Пациент стабилен. Функциональность восстановлена в полном объеме. Пост-кризисная адаптация рекомендуется, но не является обязательной. Доступ к внешней среде будет предоставлен по запросу.
Я поражённо замер, вчитываясь в эти сухие строки. Честно говоря — мне не верилось, что всё закончилось, и я смог не только выжить в этом аду, но ещё и похоже завершил прохождение сюжета…
Но на самом деле сюжет, как и весь этот город сейчас занимал меня в куда меньшей степени, чем моё собственное состояние. Когда я не ощутил отклика от ветра — это было сродни внезапному удару под дых, и сейчас, я осторожно потянулся внутрь себя. Туда, где раньше бушевала ярость и сила Ветра.
Потянулся, чтобы практически сразу ощутить не бурю, и даже не ураган… А глубокий, бескрайний океан спокойствия, в котором воздух был везде. Я с лёгкостью чувствовал его малейшее движение в комнате, ощущал его плотность, температуру, и готовность служить.
Это было не владение, не приручение. Это было… единение. Ветер перестал быть для меня инструментом, став продолжением моей воли.
Уведомление: Активация пассивного сканирования Аэокинезом. Обнаружена замкнутая биосфера с контролируемой атмосферой. Угроз не выявлено.
Мягко улыбнувшись, я медленно встал с кушетки, оценив, что тело слушалось меня безупречно. Ни скованности, ни остаточной слабости… Приблизившись к ближайшей стене, я протянул руку. потрогав её мягкий и чуть упругий на ощупь материал.
«Где я?» — повторил я свой вопрос, и сразу же после этого стена передо мной плавно поменяла свою прозрачность, став похожей на огромное панорманое окно, глянув в которое, моё дыхание перехватило и я восхищённо замер.
Внизу, прямо подо мной, раскинулся хорошо знакомый мне древний город. Но теперь он перестал быть городом пространственных кошмаров, через который я совсем недавно пробивался с боем…
Теперь это был город, залитый мягким светом утреннего (или вечернего?) солнца. Знакомые очертания башен и куполов сияли первозданной чистотой. Трещины на стенах домов затянулись, а искажения исчезли.