— Так точно, — подтвердил медик. — У тебя та же группа.
Через полминуты я уже стоял перед закрытой дверью медицинского помещения. Церемонится с возникшим препятствием я не стал и просто выломал щупальцами дверь.
После этого принялся искать все заказанные медиком приспособления. Аптечку первой помощи нашёл сразу же. Они большим штабелем стояли отдельно в углу. Реанимационный набор нашёлся в шкафу с говорящей надписью «Реанимация».
Систему для переливания обнаружил рядом с холодильником с донорской кровью. В других условиях она бы нам очень помогла. Обошлись бы без помощи «Орлёнка». Но с тем знанием, что база долгое время была обесточена (даже резервное генераторы не работали), было очевидно, что вся кровь в холодильнике давно стухла. И открывать его сейчас категорически не стоило. Если не хочешь вдохнуть весь аромат затаившегося там зловония.
Когда я вернулся в зал управления, сердце Амира не билось уже почти три минуты. Непозволительная роскошь для обычного человека. Но иммунному такого высокого уровня пережить подобное вполне по плечу. Тому подтверждение, что «Крылан» уже перенёс несколько остановок сердца, пока я был на приёме у Тейи.
Тем не менее моё сердце колотилось от волнения так, что готово было выскочить из груди. Немного успокаивало лишь то, что медик сохранял какое-то нечеловеческое железобетонное самообладание. Такое нашей «Еве» было не присуще. Та всегда была на эмоциях. Этот же был, словно контролирующая все процессы машина.
— Так, а теперь все свалите, — спокойным тоном проговорил «ПП», принявшись разбирать всё принесённое мной. — «Орлёнок», садись на стол рядом с «Крыланом». Да, здесь. Уколов не боишься?
Далее «ПП» принялся показывать своё медицинское мастерство, которое сильно отличалось от того, каким владела наша «Ева». Если Анжелика полагалась исключительно на свой дар и манипулировала какой-то энергией, то «ПП» будто усиливал те инструменты, которыми оперировал. Более того, различные зажимы и отсосы, которые он использовал, чтобы добраться до артерии и сшить её, будто держали невидимки.
Казалось, что инструменты, которых косался «ПП», приобретали собственное сознание и сами понимали, что им нужно делать. И это касалось всего. Даже тех устройств, которым для работы, по идее, требовалась электроэнергия. Но в присутствии «ПП» тот же дефибрилятор спокойно выполнял все свои функции, не нуждаясь в постороннем источнике питания.
Когда медик залатал артерию и приступил к запуску сердца, прошло примерно пять минут. Сам «ПП» по-прежнему казался безэмоциональным роботом, каждое движение которого было выверено до миллиметра.