Санузел за пластиковой дверью оказывается скромным, но вполне обычным: душ, унитаз, раковина в потеках ржавчины. А дальше все происходит как на студенческих пьянках. Эльфийки действительно ничем в этом плане не отличаются. А что я заладила — эльфийка да эльфийка? Вроде я слышала ее имя, правда, какое-то оно странное. Дожидаюсь, пока красотка оторвется от унитаза, и спрашиваю:
— Как тебя звать?
— Т-токс.
— Сама вижу, что токс. Но имя-то у тебя есть?
Эльфийка смотрит на меня своими чудесными лучистыми глазами и неожиданно отчетливо произносит:
— Токториэль Кёленлассе, мастер-друид Инис Мона.
И тут же снова склоняется к унитазу.
Ладно, не буду ломать язык — пускай будет Токс. Странное она создание, как бы ее ни звали. Лица такие я видела разве что на рекламе салонов пластической хирургии, причем реальные результаты их работы всегда выглядели куда менее впечатляюще. У фотомоделей некоторых бывают такие точеные черты, высокие скулы, огромные миндалевидные глаза с аристократически опущенными книзу уголками; но у них-то это результат многочасовой работы команды стилистов, а у Токс все свое. Грудь высокая и одновременно пышная, нахально опровергающая бессердечные законы физики. Ноги бесконечные, как режиссерская версия «Властелина колец». А поверх всего этого великолепия — застиранный спортивный костюм размеров на десять больше нужного, стоптанные кеды и самое странное — массивный металлический браслет вокруг немыслимо изящной лодыжки. Сто пудов не украшение. Что-то похожее я видела в криминальных триллерах — такие носят преступники под домашним арестом.
Что же ты натворила, мастер-друид или как тебя там?
С грехом пополам умываю Токс и дотаскиваю до дивана, однако она упорно укладывается на полу — на коврике вроде тех, что используются для йоги. Ладно, может, у высокородных эльфов так принято. Мама любит поговорку «у советских собственная гордость»; у авалонских тоже, наверное, собственная. Надо бы поскорее свалить от этой аристократки-дегенератки; но не вот прямо сейчас все-таки. Ночь холодная — спать на улице мне не улыбается, если честно.
Потягиваюсь, с удовольствием исследуя возможности нового тела — да, я больше не я, так что посмотрим правде в лицо. Я и прежде тренировалась, могла, например, сесть на поперечный шпагат после разминки, но это не идет ни в какое сравнение с нынешними возможностями. Я без усилий касаюсь пола позади себя даже не пальцами, а локтями. Сальто вперед и назад, кульбиты, твисты и еще множество фигур, названий которых я не знаю, получаются теперь сами собой — особенно если перестать думать, возможно это или нет.